"Солнышко, -- подумал я, -- значит еще не слишком поздно".
Какая-то шустрая птичка суетливо бегала по толстым ветвям и время от времени с любопытством наклонялась, чтоб посмотреть на нас. Толстая коричневая гусеница, вся покрытая блестящими волосками, не торопясь пробиралась по стебельку около моей головы. Мне почему-то казалось, что она ползет задом, но приподняться и удостовериться было не под силу.
"Должно быть, задом... вот глупая, задом ползет... конечно, задом", -- назойливо вертелось в голове.
Потом я опять увидал шуструю птичку. Она поймала что-то маленькое, зелененькое, взглянула одним глазком на меня и нырнула в дупло.
-- Птенчиков кормит... а мне вот совсем не хочется есть; даже такой маленькой козявки, и то не съесть...
-- Что ты говоришь? -- спросил меня чей-то хриплый незнакомый голос.
Я повел глазами и никого не заметил.
Должно быть, померещилось.
-- Что? -- спросил опять хриплый голос.
Я приподнял голову, чтоб осмотреться, но в это время зашевелился Крокодил.