Под сводом задумчивых елей, печалью объятых, таятся угрюмые, смутные тени; беззвучен сумрак холодный; янтарные капли смолы повисли на ржавой коре, да иссохшие хвои беззвучно спадают и тонут во мху.
Но в полночь, когда под чарами добрых духов сна затихает все живущее, вокруг утеса, глухо замирая по дебрям, несутся смутные клики и, вторя им, эхо гудит по пещерам и стонет -- то бодрствует стража заветной могилы.
* * *
Много веков миновало с тех пор, как неньцы получили повеление Великого духа.
И сказал Великий дух устами шаманов:
-- Пусть оставят неньцы страну свою, пусть идут на полночь и они избавятся от великой печали.
Исполнили волю Великого духа неньцы.
Шло время и трижды в белые ризы печали земля одевалась: трижды радостный шум ароматной листвы по лесам разносился, -- с листвою четвертой вступили неньцы в страну голубых гор и черных ущелий.
И видят, -- вот живут люди сиирты {... сиирты -- также сиртя, сииртя, сихиртя -- в ненецкой мифологии мифический низкорослый народ, обитавший в заполярной тундре до прихода ненцев; ныне сиртя живут под землей, пасут стада мамонтов и боятся дневного света.}, которые не видали человеческой крови.
Бродят люди по горам и вместо оленей пасут стада мамонтов.