-- Так давай, деданька, скажем вместе -- я и ты: может, тогда можно будет!
-- Не знаю, право! -- колебался Фома.
-- Скажем, деданька хороший!
-- Ну-ну! -- согласился тот.
Быстро вскочил Ивась, кряхтя, поднялся старый Фома, -- подошли к краю барки и, обратившись в сторону черного утеса, враз проговорили:
-- Ступай, спи себе, бедный Джиркин, мирно спи... когда только захочешь!
И громко, как в пустом храме, прозвучало над спящим Енисеем доброе слово; проснулось где-то далеко во тьме безлунной ночи чуткое эхо, подхватило то слово и, радостно повторяя его, побежало в горы, словно спеша передать Джиркину.
Публикуется по отдельному изд.: Вечный скиталец: Сибирская легенда (СПб., 1901).