-- Я вамъ отвѣчала,-- уклончиво произнесла она.
-- Отвѣчали!-- написали только слова два послѣ второго или третьяго моего посланія, да и то только для того, чтобы просить меня болѣе не писать...
Надя встала и подошла къ сосѣдней комнатѣ.
-- Кто тамъ такое?-- спитъ кто-нибудь?-- отрывисто спросила Климская.
-- Да, Вася... Онъ нездоровъ.
-- Ахъ да, я и забыла, что вы мать семейства. Счастье для васъ!...
-- Это вѣдь счастье для всѣхъ женщинъ,-- съ улыбкой замѣтила Надя, возвращаясь въ дивану.
-- Ну, нѣтъ, я съ этимъ не согласна! Что бы я, напримѣръ, стала дѣлать съ дѣтьми? Еще, впрочемъ, мальчики туда-сюда, а дѣвочки!... Съ какой стати производить на свѣтъ Божій вѣчноноющія созданія!...
-- Разскажите же мнѣ про себя,-- перебила ее Надя.-- Отчего васъ посылаютъ за границу?
-- А вотъ для чего?-- живо возразила Климская, съ веселой улыбкой указывая на впалыя щеки.-- Да, вѣдь, это пустяки! Они думаютъ, что излечатъ... Давно ужъ я знаю, что неизлечима! Ѣду я только потому, что мнѣ хочется перемѣны. П. надоѣлъ мнѣ и, кажется, отъ скуки мнѣ стало хуже... Вотъ они и торопятъ...