-- Если бы!-- спокойно перебила его Климская.-- Но ваше ненасытное самолюбіе напрасно ищетъ новую пищу для себя. Я этой встрѣчи тоже не искала.
Нахальная, недовѣрчивая усмѣшка скользнула на губахъ Вильда. Климская, наклонивъ голову слегка на бокъ, равнодушно смотрѣла на него.
-- Да, я этой встрѣчи не искала, но и не избѣгала. Откровенно признаюсь, мнѣ отчасти хотѣлось знать, какую перемѣну время произвело въ васъ, и я съ удовольствіемъ вижу, что перемѣны нѣтъ никакой: то же прекраснодушіе, то же самолюбіе, только съ примѣсью еще большаго нахальства. Поздравляю заранѣе, m-r Вильдъ! Вы можете быть вполнѣ увѣрены, что бѣдная рыбка попадетъ на вашу удочку!
Оркестръ въ это время замолкъ. Запыхавшіяся, раскраснѣвшіяся дамы попарно расхаживали по залѣ, усердно обмахиваясь вѣерами. Ряды зрителей рѣдѣли; толпа направлялась въ буфетную.
-- Алексѣй Васильевичъ,-- раздался бархатный голосъ Любови Гавриловны,-- наконецъ-то я васъ нашла! Я не могла понять, гдѣ вы, и... Ахъ, pardon!-- обратилась она съ любезной улыбкой въ Климской, подавая ей руку.-- Я не знала, что Алексѣй Васильевичъ въ такомъ пріятномъ обществѣ, и теперь не удивляюсь, что онъ забылъ насъ!...
Любовь Гавриловна давно замѣтила, гдѣ стоялъ Вильдъ. Она видѣла, какъ Климская сѣла около него, видѣла, что Вильдъ наклоняется къ ней, съ жаромъ говоритъ ей что-то, и рѣшила прервать этотъ опасный, по ея мнѣнію, tête-à-tête. Небрежно опираясь на руку кругленькаго артиллерійскаго офицера, она воспользовалась минутой отдыха, чтобы легкой, скользящей походкой перейти залъ и незамѣтно подойти къ колоннѣ. Климская будто не видала поданную ей руку. Веселымъ наклоненіемъ головы отвѣчала она на поклонъ кругленькаго офицера и, оборачиваясь въ Любови Гавриловнѣ съ спокойной улыбкой, замѣтила:
-- М-me Берновичъ, я могу васъ увѣрить, что m-r Вильдъ не раздѣляетъ вашего мнѣнія относительно пріятности моего общества. Мой кавалеръ оставилъ меня и отравился, вѣроятно, въ Сибирь за мороженыхъ... Г-нъ Вильдъ изъ вѣжливости долженъ былъ "me tenir compagnie"... Но я освобождаю его отъ этой обязанности!... Признаюсь, въ нѣкоторыхъ вещахъ, я профанъ... М-г Вильдъ обладаетъ удивительнымъ даромъ слова... Я убѣждена, m-me Берновичъ, что вашъ тонкій вкусъ давно оцѣнилъ эту способность, и вы умѣете дать толчокъ импровизаторскому таланту... Я же, каюсь, своею неловкостью постоянно прерываю это краснорѣчіе... Поэтому, увѣряю васъ, онъ нисколько не жаждетъ моего общества.-- Не такъ ли, m-r Вильдъ?-- обратясь она съ насмѣшливой улыбкой къ нему.
Жёсткій, злобный взглядъ былъ ей отвѣтомъ и на мгновеніе придалъ почти звѣрское выраженіе сѣро-оловяннымъ глазамъ. Климская слегка перемѣнилась въ лицѣ, но спокойно выдержала этотъ взглядъ.
"И я его любила!" подумала она. "И я ѣхала сюда съ такимъ страхомъ, что любовь эта все еще жива, что мнѣ придется еще бороться съ ней! Вотъ эти глаза, которые тогда сдѣлали невозможной мою любовь! Наконецъ-то я довела его до этого взгляда!"
Съ легкимъ вздохомъ, будто что-то тяжелое скатилось съ плечъ ея, медленно отвела она глаза отъ лица Вильда, и полунасмѣшливая улыбка снова озарила подвижное, красивое лицо.