Вотъ Рейсъ -- высокій, такой же какъ Стессель -- массивный, съ крупными чертами потемнѣвшаго отъ внутреннихъ страданій лица.
И, наконецъ, Смирновъ -- съ сѣдой головой, сѣдой бородой, съ сѣдыми же лихо закрученными усами -- и моложавымъ лицомъ, на которомъ горятъ небольшіе, но живые глаза. И онъ, видимо, волнуется...
Въ 10 часовъ открываются двери суда. Высокій, двусвѣтный, бѣлый залъ собранія арміи и флота быстро наполняется публикою -- внизу и наверху, на хорахъ. Подсудимые, съ своими защитниками, проходятъ къ своимъ мѣстамъ отдѣльно, лѣвой колоннадой, члены суда -- правой, чрезъ парадную гостиную... За небольшимъ столомъ, слѣва у эстрады для суда садятся представители печати.
Сперва количество ихъ пытались ограничить и подчинили ихъ цензурѣ. Но затѣмъ, очень скоро рамки гласности были раздвинуты -- и почти всѣ органы петербургской печати имѣли всегда въ залѣ суда своихъ представителей... Были также корреспонденты московскихъ, провинціальныхъ и заграничныхъ изданій... {Насколько намъ извѣстно, были представители слѣдующихъ газетъ; петербургскихъ: "Нов. Вр.", "Рѣчь", "Слово", "Товарищъ", "Бирж. Вѣд.", "Русь", "Петерб. Газ.", "Петерб. Листокъ", "Сегодня", "С. Петерб. Вѣд.", "Россія", "Рус. Ими.", "Рус. Чтеніе", "Вѣстн. Финансовъ", "Kraj", "St.-Petersb. Herold", "St.-Petersb. Zeitung", "St.-Petersb. Politischen Correspondenz"; московскихъ: "Русское Слово", "Голосъ Москвы", "Рус. Вѣд."; заграничныхъ: "Frankfurter Zeitung" "Vossische Zeitung". "Neue Freie Presse", "Berliner Local-Anzeiger" "The Tribune", New-York Times", "Le Petit Parisien", "The Manchester Gardian", "The Associated Presse of America", "The Standard"; С.-Петерб. Телеграфн. Агентства и агентства "Рейтеръ". Среди представителей печати былъ авторъ извѣстной въ русскомъ переводѣ книги "Великая осада", м-ръ Норригардъ, бывшій военный корреспондентъ при японской арміи подъ Портъ-Артуромъ. Была допущена также группа частныхъ стенографовъ.}
11 часовъ,-- но звонка, возвѣщающаго о томъ, что судъ сейчасъ выйдетъ, еще нѣтъ. Секретари спѣшно повѣряютъ, кто изъ свидѣтелей прибылъ.
Наконецъ, все кончено. Въ 11 ч. 15 мин. раздается звонокъ и обычный возгласъ -- "судъ идетъ"!
Всѣ встаютъ.
На эстраду медленно поднимаются судьи и занимаютъ свои мѣста. На предсѣдательскомъ креслѣ -- ген.-отъ-инф. Дукмасовъ; справа отъ него -- ген.-отъ-инф. Водаръ, геи, отъ-кав. бар. Бильдерлингъ, ген.-отъ-инф. Аникѣевъ и ген.лейт. Саранчевъ; слѣва -- ген.-лейт. бар. Остенъ-Сакенъ, ген.-отъ-инф. Гончаровъ, ген.-отъ-инф. Мыловъ, ген.-лейт. Щербовичъ-Вечоръ и ген.-лейт. Рузскій. За прокурорскимъ столомъ -- ген.-лейт. Гурскій, на мѣстахъ для подсудимыхъ -- ближе къ суду -- отст. ген.-л. Стессель, рядомъ -- ген.-м. Рейсъ, далѣе ген.-лейт. Фокъ; между нимъ и ген.-л. Смирновымъ -- защитникъ послѣдняго, кап. 2-го ранга фонъ-Щульцъ. Защитники остальныхъ подсудимыхъ впереди, за столиками -- прис. пов. Сыртлановъ, подполков. Вельяминовъ, пом. прис. пов. Нечаевъ и от. ген.-лейт. Домбровскій {Второй защитникъ ген. Рейса -- прис. пов. Квашнинъ-Самаринъ на этомъ засѣданіи не присутствовалъ.}; за секретарскимъ столомъ -- полк. Апушкинъ, подполк. Вишняковъ и надв. сов. Соколовскій.
Въ креслахъ за судомъ -- нѣсколько старшихъ генераловъ, членовъ Государсти. Совѣта и Госуд. Думы и сенаторовъ.
Воцаряется тишина.