Въ Чифу "Расторопный" былъ затопленъ.
Капит. 2 ранга Лепко.
Вызывается бывшій командиръ "Расторопнаго", сдавшій его лейт. Плену. Онъ заявляетъ, что относительно арестованія Ножина ничего не знаетъ. Тѣмъ не менѣе, защитникъ ген. Стесселя пытается задать ему новые вопросы.
-- Зачѣмъ вамъ это?-- спрашиваетъ предсѣдатель.-- Все это не имѣетъ отношенія къ дѣлу, да и морскіе чины суду не преданы.
-- Ножинъ увезъ изъ Артура секретные документы и опубликованіемъ ихъ содѣйствовалъ паденію крѣпости.
Сидящій въ ряду допрошенныхъ свидѣтелей Ножинъ не выдерживаетъ и проситъ судъ занести въ протоколъ, что защита ген. Стесселя все время обвиняетъ его въ томъ, что своими разоблаченіями онъ повредилъ крѣпости.
-- Это неправда,-- заявляетъ онъ.-- Уѣзжая изъ Артура, я далъ честное слово ген. Смирнову, что ничего не буду писать о Стесселѣ, и до конца осады сдержалъ свое слово.
-- Свидѣтелямъ не предоставлено права просить судъ объ этомъ,-- возражаетъ подполк. Вельяминовъ.
-- Всякій человѣкъ, призванный въ судъ,-- разъясняетъ предсѣдатель,-- долженъ быть огражденъ отъ оскорбленій своей чести... Зачѣмъ же вы выбираете судъ орудіемъ вашихъ личныхъ счетовъ!-- говоритъ онъ укоризненно защитникамъ Стесселя... Однако Ножину въ его ходатайствѣ отказывается.
Поднимается самъ Стессель и объясняетъ: