Защитникъ ген. Смирнова, кап. 2-го ранга фонъ-Шульцъ считаетъ нужнымъ внести поправку въ понятіе -- "убѣжище флота".

-- Это не значитъ,-- говоритъ онъ,-- что крѣпость служитъ убѣжищемъ для того только флота, который находится въ данный моментъ въ данномъ порту. Артуръ и послѣ гибели своей эскадры оставался крѣпостью-убѣжищемъ для шедшей на Дальній Востокъ балтійской эскадры, для владивостокской эскадры и вообще для всего возможнаго тихоокеанскаго флота. Въ этомъ смыслѣ роль Артура не была еще закончена.

Затѣмъ допрашиваются свидѣтели -- участники совѣта.

Подполковникъ Головань.

-- Я высказался на военномъ совѣтѣ въ томъ смыслѣ, что "не нахожу, чтобы въ крѣпости произошло что-либо такое, что требовало бы особаго измѣненія въ оборонѣ ея... Японцы послѣ каждаго успѣха долго его закрѣпляютъ и тѣмъ даютъ намъ время и возможность отдохнуть. Такъ, вѣроятно, поступятъ они и теперь... Держаться еще можно". Ген. Стессель въ заключительномъ словѣ сказалъ, что на 2-й линіи держаться нельзя, надо на 1-й, а относительно возможной рѣзни онъ приметъ мѣры.

Полковникъ Дмитревскій.

-- Отправляясь на совѣтъ, я захватилъ съ собою вѣдомости о числѣ людей и снарядовъ. Съ доклада цифръ ихъ я и началъ говорить. Указалъ на то, что на позиціи остается мало людей -- тысячъ 12; что общаго резерва нѣтъ; что на слабосильныя команды, какъ на послѣдній рессурсъ, мы теперь уже разсчитывать не можемъ... Я самъ видѣлъ, какъ передвигалась слабосильная команда 16-го полка. 300 шаговъ она шла часа полтора. По моему приблизительному расчету мы теряли ежедневно, когда не было боевъ и штурмовъ, въ однѣхъ лишь перестрѣлкахъ, около 100 челов. Снаряды я раздѣлилъ на двѣ категоріи -- по калибру и конструкціи орудій -- и, по моему расчету, для серьезной артиллеріи (6-дюйм., 9-дюйм. и 42-лин. орудія) у насъ оставалось около 6,000 снарядовъ. Для артиллеріи мелкой -- 50--60 тыс., можетъ быть и болѣе. Что касается вопроса, сколько еще времени можно крѣпость держать, то мнѣ казалось, что это зависитъ отъ японцевъ...

-- Считалъ и считаю до сихъ поръ, что Стесселемъ предложенъ былъ совѣту вопросъ о состояніи крѣпости, а не о мѣрахъ ея обороны. Насколько помню, занесенныхъ въ журналъ словъ;-- "обороняться еще можно" -- я не говорилъ... Журналъ совѣта я тогда не читалъ.

-- Что говорилъ ген. Бѣлый о числѣ снарядовъ?-- спрашиваютъ свидѣтеля.

-- Не помню,-- отвѣчаетъ онъ.