Припоминается отношеніе генерала Куропаткина, еще въ бытность его военнымъ министромъ, къ одному лицу, которое хотя и обладало "бѣлымъ крестикомъ", но подлежало привлеченію къ слѣдствію въ качествѣ обвиняемаго за злоупотребленія по хозяйственной части.
Лицо это пожелало принять участіе въ военныхъ дѣйствіяхъ въ Китаѣ.
-- Вашъ крестъ у меня на сердцѣ,-- сказалчэ ему генералъ Куропаткинъ и,-- "для необходимаго на войнѣ душевнаго равновѣсія", выхлопоталъ этому лицу освобожденіе отъ привлеченія его къ слѣдствію.
Лицо его отправилось потомъ и на войну съ Японіей, хотя лѣта и комплекція не давали основаній ждать отъ него большой энергіи и подвижности подъ знойными лучами маньчжурскаго солнца.
Онъ ихъ и не проявилъ.
Уже на войнѣ обратился къ ген. Куропаткину съ просьбой о принятіи на службу въ армію другой генералъ, уволенный въ отставку изъ командировъ полка -- "не по своей охотѣ".
-- Надо принять: у него золотое оружіе.
И приняли:-- а потомъ оказалось, что этого "героя" разыскиваетъ судебный слѣдователь, и съ нимъ не знали, какъ поступить.
Точно также, только наличностью георгіевскаго креста объясняли въ арміи назначеніе послѣ Тюренченскаго боя начальникомъ 6-й вост.-сиб. стрѣлковой дивизіи г.-м. Романова, который заслужилъ свой крестъ, какъ саперный офицеръ, еще поручикомъ въ Русско-Турецкую войну за удачный взрывъ фугаса, и передъ войною были, начальникомъ Электротехнической школы.
А между тѣмъ генералу В.- Н. Данилову, служившему въ краѣ до войны и на войнѣ стяжавшему себѣ репутацію истиннаго героя, "кумира солдатъ" и "генерала-отъ-наступленія", въ командованіи какою-либо частью въ дѣйствующей арміи было отказано; онъ былъ отправленъ въ тылъ и только въ іюлѣ 1904 г. принялъ отъ ген. Романова 6-ю дивизію, которую покрылъ славой, а себѣ заслужилъ георгіевскій крестъ.