Съ отходомъ войскъ отъ Хайчена -- Симучена на Айсяндзянъ -- Ляндянсянъ -- Анпинлинскую позицію Ляоянъ началъ готовиться къ торжественному и рѣшительному дню генеральнаго сраженія.
На площади поселка выросла огромная стѣна изъ мѣшковъ съ мукой, крупой и овсомъ. Эту стѣну обшили соломенными матами: изъ нихъ же сдѣлали крышу на толстыхъ высокихъ столбахъ. Дѣлали все это солидно, прочно, повидимому, надолго.
На всѣхъ путяхъ стояли длинныя ленты поѣздовъ санитарныхъ, продовольственныхъ. Подвозили 5-ый сибирскій корпусъ... Ждали со дня на день головныя части 1-го армейскаго корпуса.
Впереди Ляояна снимали гаолянъ... Спѣшно доканчивали Ляоянскія укрѣпленія.
Но въ военныхъ дѣйствіяхъ опять наступило затишье. Войска горѣли нетерпѣніемъ рѣшительнаго боя, а ихъ въ томительномъ бездѣйствіи держали на позиціяхъ, которыя, по сознанію войскъ, должны были быть ими очищены при первомъ же натискѣ противника, такъ какъ ясно было для всѣхъ, что не онѣ, эти позиціи, та грань, съ которой будетъ сдѣланъ рѣшительный шагъ впередъ. Онѣ были растянуты по фронту на 70 верстъ, неравномѣрно укрѣплены и неравномѣрно заняты войсками. Наиболѣе слабъ былъ лѣвый флангъ этой огромной позиціи -- Анпинлинскій ея участокъ, занятый только съ 20 іюля войсками 10-го корпуса.
Слѣдуетъ отмѣтить, что объ Янтаѣ, сыгравшемъ впослѣдствіи такую роковую роль въ исходѣ Ляоянской операціи, какъ то и не говорилось. А между тѣмъ именно лѣвый флангъ и мѣстность въ тылу его представляли особенную важность, такъ какъ съ самаго начала кампаніи выяснилось стремленіе японцевъ къ обходу насъ слѣва. И теперь, можно сказать, наканунѣ Ляоянской битвы, выросъ вдругъ слухъ, что японцы на Ляоянъ не Пойдутъ, а обходятъ его кружнымъ путемъ, двигаясь въ обходъ нашего лѣваго фланга прямо на Мукденъ. Въ подтвержденіе достовѣрности этого слуха указывали на то обстоятельство, что въ Ляоянъ стали снова возвращаться, покинувшіе было его въ ожиданіи битвы, китайцы-купцы, булочники, прачки.
И опасаясь за Мукденъ, гдѣ въ то время находился штабъ намѣстника -- главнокомандующаго, не укрѣпленный и беззащитный, мы въ то же время досадовали, что Ляоянской битвѣ не суждено будетъ разыграться. А. вѣдь она была обѣщана войскамъ, какъ реваншъ за всѣ предыдущія отступленія.
-- И на кой чортъ мы стоимъ здѣсь!-- говорили мнѣ офицеры нѣкоторыхъ частей, занимавшихъ айсяндзянскую позицію.-- Все равно драться тутъ не будемъ. Не лучше ли заблаговременно спокойно отойти на ляоянскую позицію. Японцы послѣ каждаго шага впередъ отдыхаютъ, устраиваются, закрѣпляютъ свой успѣхъ и насъ не преслѣдуютъ... Стало быть, мы могли бы отойти спокойно, не спѣша занять ляоянскую передовую позицію, освоиться на ней, укрѣпиться... А то чего добраго, какъ погонятъ насъ отсюда, такъ мы на своихъ плечахъ принесемъ этихъ япошекъ въ Ляоянъ, да по дорогѣ еще потеряемъ нѣсколько орудій -- вотъ и новая японская побѣда...
Такъ оно въ сущности и случилось. Нельзя было не согласиться съ этими простыми, здравыми сужденіями заурядныхъ строевыхъ офицеровъ, такъ ясно понимавшихъ обстановку.
И тѣмъ болѣе страннымъ является то обстоятельство, что этого не понималъ командующій арміей. И не понимая, онъ колебался въ своихъ рѣшеніяхъ. То, что было подъ Дашичао, гдѣ Куропаткинъ то собирался упорно защищать этотъ пунктъ, то очистить его безъ боя, то принять бой рѣшительный, то, наконецъ, принять бой арріергардный, повторилось цѣликомъ и здѣсь. Первоначально Куропаткинъ намѣревался ограничиться арріергардными боями на позиціяхъ Айсяндзянъ -- Ляндянсянъ -- Анпинлинъ и принять рѣшительный бой подъ самымъ Ляояномъ. Но 11 августа онъ мѣняетъ этотъ планъ и принимаетъ рѣшеніе дать на этихъ позиціяхъ упорный бой всѣми силами 1, 2, 3 и 4 сибирскихъ корпусовъ и 10 армейскаго корпуса. Онъ признаетъ возможнымъ не только отразить съ нихъ противника, но при благопріятной обстановкѣ перейти съ нихъ въ наступленіе. Что побудило его къ этому измѣненію плана -- понять трудно. Объяснять его только успѣшнымъ сосредоточеніемъ въ районѣ Мукденъ -- Шахэ 5 сибирскаго корпуса и прибытіемъ первыхъ эшелоновъ 1 армейскаго корпуса въ Харбинъ недостаточно. Нашъ численный перевѣсъ все таки не искупалъ недостатковъ растянутой и прерывчатой позиціи, по своимъ свойствамъ отвѣчавшей только пассивному образу дѣйствій.