О русскіе штыки"?
О томъ, въ какомъ душевномъ напряженіи, усугубленномъ неизвѣстностью, откуда и когда ждать врага, жили въ то время наши войска, свидѣтельствуетъ слѣдующій, еще кажется, не оглашенный, фактъ.
Въ началѣ мая подпоручикъ 21-го Восточно-Сибирскаго стрѣлковаго полка Рѣзвый, "будучи увлеченъ идеей розыска японской арміи", самовольно ушелъ ее разыскивать вмѣстѣ съ своимъ вѣстовымъ, Иваномъ Дубиновымъ, и -- "пропалъ безъ вѣсти" {Рапортъ командира полка отъ 9 мая 1904 г. No 1816.}...
Жить въ ожиданіи боя въ Ляоянѣ, въ области слуховъ о противникѣ, будничныхъ сплетенъ и дрязгъ, было томительно... Я пресытился ими въ Мукденѣ, гдѣ судьба заставила меня прожить почти двѣ недѣли... Хотѣлось скорѣе боевыхъ ощущеній, хотѣлось испытать себя, видѣть войска и подслушать біеніе ихъ сердца, чтобы знать, что сулитъ намъ грядущее. Хотѣлось, наконецъ, скорѣе увидѣть и врага, этого невѣдомаго, еще таинственнаго, маленькаго, но дерзкаго заморскаго пришельца.
Но куда ѣхать? Гдѣ можно скорѣе всего осуществить эти наивныя, горячія желанія новичка?
-- Если хотите скорѣе увидѣть войну и получить боевое крещеніе,-- отвѣчали мнѣ,-- поѣзжайте въ отрядъ генерала Мищенко. Тамъ каждый день дерутся.
Отрядъ генерала Мищенко являлся, такимъ образомъ, уголкомъ той старой "Кульневской Россіи", гдѣ люди вѣчно жили среди поэзіи и ужасовъ войны. Онъ былъ передовымъ отрядомъ цѣлой Руси въ дни ея "худого мира" на Дальнемъ Востокѣ; на его долю пришелся первый выстрѣлъ въ Кореѣ и, ставъ передовымъ отрядомъ манчжурской арміи, онъ оставался имъ до конца войны. И если на долю его выпала львиная доля трудовъ и лишеній, то и львиная доля славы.
Имя генерала Мищенко пользовалось въ арміи уже огромною популярностью. Его произносили съ уваженіемъ и любовью и не безъ гордости говорили:-- "я былъ въ отрядѣ Мищенко", "нашъ полкъ у Мищенко".
Солдаты, тѣ въ каждомъ успѣхѣ готовы были видѣть руку этого храбраго и умно настойчиваго генерала. Позднѣе, на бивакѣ войскъ у Дашичао, я подслушалъ такой разговоръ.
Передавались новости, схваченныя на лету, о потопленіи нашею владивостокскою эскадрою японскихъ транспортовъ "Садомару" и другихъ. По солдатской молвѣ, и это сдѣлалъ Мищенко, который "нигдѣ японцу спуска не даетъ" {Впослѣдствіи, когда я передавалъ генералу содержаніе этого солдатскаго разговора, онъ разсказалъ мнѣ, что получилъ письмо отъ маленькаго своего племянника.-- "Напиши, дорогой дядя, много ли вы взяли въ плѣнъ японскихъ кораблей"... спрашивалъ мальчуганъ, наслушавшійся и "во глубинѣ Россіи" разсказовъ о подвигахъ дяди.}.