-- Вы знаете, каковъ у насъ дѣдушка?-- говорилъ мнѣ генералъ, знакомя меня съ Пламенацемъ.-- Недавно одинъ снарядъ разорвался отъ насъ недалеко, и я вздрогнулъ. Онъ хладнокровно вынулъ изъ кармана клочокъ ваты и, подавая мнѣ, сказалъ: "На, генералъ, заткни себѣ уши, чтобъ не пугаться". Каковъ? Меня сконфузилъ!
Они отбываютъ вмѣстѣ уже вторую кампанію и теперь порою мечтаютъ о томъ, какъ послѣ войны заживутъ на покоѣ въ деревнѣ.
Послѣ китайскаго похода, отбытаго вмѣстѣ съ Мищенко, "дѣдушка" поселился въ Портъ-Артурѣ, гдѣ у него была своя фанза. Но едва грянула война съ Японіей, онъ продалъ ее, отдалъ всѣ свои скромныя сбереженія на Красный Крестъ и ушелъ къ Мищенко.
-- Пока живъ, я не разстанусь съ моимъ генераломъ,-- говорилъ онъ впослѣдствіи, когда его не хотѣли брать въ набѣгъ къ Инкоу во вниманіе къ его 76 годамъ и трудностямъ похода.-- "Вы не хотите брать съ собою Пламенаца, сказалъ я генералу,-- передавалъ мнѣ старикъ,-- Пламенацъ самъ себя возьметъ..."
И онъ "взялъ себя",-- пошелъ и думалъ одну думу:
-- Держись, Пламенацъ, крѣпись, тянись, старый, во что бы то ни стало.
И вытянулъ.
Потомъ, подъ Сандепу, онъ вынесъ на своихъ рукахъ изъ боевой цѣпи своего раненаго въ ногу генерала.
Я спрашивалъ потомъ Пламенаца: когда онъ началъ сражаться?