"Какъ Виргилій ввелъ Данте, такъ и другіе древніе писатели будутъ вводить современныхъ поэтовъ въ свѣтъ новой поэзіи". Англичане,-- народъ вполнѣ оригинальный и самобытный, всегда высоко цѣнили классиковъ и на нихъ воспитывались.
"Геній не сумашедшій, онъ долженъ быть спокойнымъ и ясно созерцающимъ ту дорогу, которой онъ идетъ, какъ Аполлонъ, увѣренно правящій своей колесницей".
Поэтъ не можетъ быть слѣпымъ орудіемъ своихъ восторговъ, которые не всегда вѣдь идутъ съ неба.
"Геніальность была бы слишкомъ грустнымъ даромъ неба, если бы человѣкъ, одаренный ею, ничѣмъ не былъ обязанъ самому себѣ. Чѣмъ больше силъ влила въ него природа, тѣмъ больше онъ долженъ усовершенствоваться образованіемъ.
"Со времени Байрона распространяется всюду убѣжденіе, крайне вредное для нравственныхъ и поэтическихъ понятій, будто человѣкъ, одаренный сильнымъ чувствомъ, можетъ найти свою стихію въ страстныхъ необузданныхъ стремленіяхъ".
Его подражатели стремятся въ адъ, пытаются взнестись на небо, выводятъ духовъ. "Эти гиганты не могутъ достигнуть неба и потому кидаются въ пропасти, избѣгаютъ свѣта, борятся съ природой" и т. д.
А между тѣмъ "прогрессъ истинной цивилизаціи заключается въ умиротвореніи необузданныхъ страстей".
Вмѣстѣ съ Гердеромъ Бродзинскій утверждаетъ, что "тотъ, кто хочетъ жить одной головой, такой же уродъ, какъ и тотъ, кто хочетъ жить однимъ сердцемъ. Здоровый человѣкъ живетъ и тѣмъ, и другимъ, и т0, что все въ немъ на своемъ мѣстѣ -- сердце не въ головѣ, а голова не въ сердцѣ -- собственно и дѣлаетъ его человѣкомъ".
Бродзинскій даетъ очень интересную характеристику Байрона, котораго онъ признаетъ необыкновеннымъ геніемъ, выразителемъ нашего вѣка въ такой степени, какъ Шекспиръ своего. Это, по его мнѣнію, падшій ангелъ; Байронъ проникся духомъ вѣка со всей силою своего генія и изображалъ извращенную сторону своего времени въ высшей степени натурально. Байронъ является самымъ лучшимъ выраженіемъ необузданности страстей (namiętności) вѣка, явившейся слѣдствіемъ усталости и отчаянія пытливаго ума. "Это падшій и вмѣстѣ съ тѣмъ ищущій обновленія ангелъ".
"Кто не умѣетъ понять этого генія во всей его правдѣ, въ его природѣ, кто силится повторить его впечатлѣнія безъ его творческой силы, тотъ создаетъ фальшивые характеры, чуждые художетвенности и правды".