Въ семейныхъ отношеніяхъ онъ признавалъ сильную своимъ авторитетомъ, но снисходительную къ слабостямъ дѣтей власть отца. Такъ-какъ воспитаніе дѣтей главнымъ образомъ зависитъ отъ вліянія матери, то вопросу о ея развитіи и поведеніи Бродзинскій посвящаетъ нѣсколько статей съ цѣлымъ рядомъ практическихъ совѣтовъ {Pisma, t. VII, 298. "Wpływ rodziców na synów" и т. д.}.

Свои взгляды на семью, на женщину и бракъ Бродзинскій высказываетъ въ статьѣ "Różne myśli о kobietach" {"Pam. Warsz." 1821, XX, 447--451.} и затѣмъ повторяетъ ихъ въ курсѣ эстетики въ статьѣ "О прекрасномъ и возвышенномъ", которую перепечатываетъ въ 1834 году, безъ измѣненій по существу, въ альманахѣ "Jutrzenka". Такъ-какъ статья "О прекрасномъ и возвышенномъ" есть, собственно говоря, переводъ разсужденія Канта "Über das Schöne und Erhabene", то въ данномъ случаѣ нужно признать, что Бродзинскій свои взгляды на женщину вполнѣ заимствовалъ у знаменитаго нѣмецкаго мыслителя. Въ статьѣ "Różne myśli о kobietach" Бродзинскій исходитъ изъ того положенія, ято "для женщины семья -- это весь свѣтъ, а для мужнины весь свѣтъ его семья". Отсюда обычное у мужчинъ стремленіе къ политикѣ и полное равнодушіе къ ней -- женщинъ, стремящихся даже отклонить и своихъ мужей отъ увлеченія ею.

"Если же женщины и отдадутся политикѣ, то, замѣчаетъ Бродзинскій, не различаютъ обыкновенно личныхъ и общественныхъ интересовъ и пускаются въ интриги".

По мнѣнію Бродзинскаго женщина обнаруживаетъ меньше наклонностей къ возвышенному и къ искусствамъ {Это мнѣніе принадлежитъ Канту, который полагалъ, что "чувство красоты болѣе доступно женщинамъ, а возвышенное -- мужчинамъ. Въ этомъ женщина и мужчина другъ-друга дополняютъ. Женщина умѣряетъ слишкомъ безумную отвагу мужчины, онъ -- ея слишкомъ нѣжныя чувства. Мужчинѣ свойственна справедливость, ей сожалѣніе и состраданіе. Мужчина готовъ на самопожертвованіе, женщина способна претерпѣть. Замѣчено, что дружба болѣе свойственна мужчинамъ, чѣмъ женщинамъ: эта добродѣтель имѣетъ въ себѣ дѣйствительно что-то возвышенное и ведетъ къ героизму; у женщинъ же только любовь и во особенности материнская, служитъ источникомъ героизма. У женщинъ семья составляетъ цѣль всѣхъ стремленій и грёзъ; у мужчинъ она является лишь средствомъ къ стремленіямъ и дѣятельности на пользу общества. Оба пола взаимно другъ друга дополняютъ, и міровая гармонія установила такую мудрую связь, что оба пола всегда цѣнятъ и уважаютъ добродѣтели, свойственныя другому полу". Ср. Э. Кантъ "Critique du jugement", фр. перев. J. Barni, P. 1846, стр. 273--299. Чит. К. Brodziński, Piśma, t. ТІ, стр. 69.}; въ женщинѣ слабѣе развиты поэтическія способности и разсудочность, но за то сильно чувство. "Мысль мужчины срываетъ завѣсу міра" и никогда не удовлетворяется обыденнымъ; женщина старается сдѣлать возможно болѣе спокойною и пріятною ту жизнь, которой она живетъ.

Такой порядокъ вещей Бродзинскій находитъ вполнѣ естественнымъ и справедливымъ. Женщина не должна, но его мнѣнію, выходить изъ тѣснаго круга семейныхъ отношеній и интересовъ, а ея семейство, ея хозяйство должны быть похожи на "закрытую машину, такую же точную, какъ часы, на которыхъ стрѣлка неутомимо и пунктуально показываетъ время". Семейной жизни Бродзинскій придаетъ огромное значеніе, и его взглядъ на бракъ вполнѣ согласенъ съ христіанскою моралью: "настоящее истинное супружество -- это великая тайна (sakrament), это краеугольный камень міра и совершенство справедливы слова: "что соединилъ Богъ, того никто не можетъ разлучить".

Любовь Бродзинскій называетъ оспой, тѣмъ болѣе опасной, чѣмъ позднѣе она приходитъ. Отношеніе между полами должны быть исполнены предупредительности и галантности {Его галантная точка зрѣнія на взаимныя отношенія двухъ половъ характеризуется слѣдующей тирадою: "młodzieńcy padają, na kolana przed kobietami, jak piechota.... przed jazdą, aby ją zwyciężyć, albo jak strzelcy, którzy z ugiętemi kolanami swoich ofiar szukają" ("Pam. Warsz.", XX, 456).}.

Отношенія между старшими и младшими должны быть чужды всякой злобы и раздраженія. "Конечно, борьба между новыми понятіями и старыми предразсудками неизбѣжна и даже необходима, но дѣло не должно доходить до полнаго отрицанія всѣми признаваемыхъ и уважаемыхъ во всѣ времена чувствъ. Бродзинскому прискорбно видѣть "непрерывную и систематически ведомую по всей Европѣ борьбу молодого поколѣнія со старымъ" {"Młodzi i Starzy" (Pisma, VII, 307).}.

Мягкость, взаимная уступчивость должны царить въ семьѣ какъ въ отношеніяхъ между мужемъ и женой, такъ и въ отношеніи къ дѣтямъ {Pisma t. VI, 42, 44, 45, 160, 177, t. VII, 278, и т. д.}.

-----

По вопросамъ нравственнымъ Бродзинскій высказывается довольно рѣдко, но изъ тѣхъ немногихъ замѣчаній, которыя попадаются въ его статьяхъ, видно, что онъ придерживается христіанской этики. Нравственность по его мнѣнію освящается только религіей; нѣтъ религіи -- невозможна и нравственность. Люди не могутъ быть истинно нравственны только по расчету. Чувство нравственности врождено нашей душѣ, и имъ управляетъ совѣсть, "этотъ строгій судья, засѣдающій внутри нашего естества" {Чит. "O duszy і sumienu".}. Но если мы дѣлаемъ что-нибудь дурное, то въ этомъ виноваты наше безразсудство и глупость.