Въ послѣднюю минуту Эллида, получивъ полную свободу отъ мужа поступать, какъ захочетъ, отказывается итти за -Скитальцемъ и остается съ нелюбимымъ мужемъ, что бы всецѣло отдаться заботамъ о его взрослыхъ дѣтяхъ отъ перваго брака.
Въ этой нерѣшимости Эллиды -- ея смерть, ея наказаніе за высшее преступленіе, которое не знаетъ прощенія,-- единственное преступленіе, котораго ничѣмъ нельзя искупить.
Нѣтъ выше грѣха, какъ грѣхъ противъ Духа Святого.
Эллида убила въ себѣ свою душу. Она вышла замужъ не любя, и она навсегда утратила свою свободу; священный огонь личности угасъ навсегда. Эллида напоминаетъ теперь насѣдку, которую выпустили съ насѣста на свободу, но она ужъ не въ силахъ ею пользоваться, слишкомъ ожирѣла и отяжелѣла.
Похлопавъ крыльями, она возвратится на прежнее мѣсто.
Нельзя безнаказанпо убивать въ себѣ душу живу, подавить въ себѣ великія влеченія свободнаго чувства.
Но рядомъ съ этою проповѣдью свободы любви, въ которой Ибсенъ примыкаетъ къ Жоржъ-Зандъ и ея послѣдователямъ, у великаго норвежскаго писателя возникаетъ и болѣе смѣлая мысль -- свобода отъ любви, мысль оригинальная, самобытная и характерная для конца XIX вѣка.
Въ "Комедій любви" Ибсенъ возвѣщаетъ, что любовь умерла въ наши дни, или во всякомъ случаѣ настолько невѣчна, что несетъ только одни разочарованія въ супружеской жизни.
Фалькъ не хочетъ этой любви съ ея мѣщанствомъ, прозаическими заботами о кускѣ хлѣба и дѣтяхъ. Самая романтическая любовь оканчивается мѣщанскими сѣрыми буднями. Примѣръ на лицо -- въ семьѣ пастора.
И Фалькъ предлагаетъ остановить солнце любви на зенитѣ.