Телеграфъ принесъ сенсаціонное извѣстіе: канцлеръ университета и статсъ-секретарь Финляндіи г. Марковъ, кототораго просятъ не смѣшивать съ Марковымъ 2-мъ, утвердилъ на каѳедрѣ русской литературы гельсингфорсскаго университета нѣкоего сотрудника "Биржевыхъ Вѣдомостей" К. И. Арабажина!
Кто такой г. Арабажинъ? Въ какой академіи или высшей школѣ, университетѣ читалъ онъ свои курсы? Какими учеными трудами заслужилъ онъ каѳедру несмѣняемаго профессора гельсингфорсскаго университета? Въ силу какихъ особыхъ достоинствъ оказался онъ предпочтеннымъ двумъ другимъ кандидатамъ конкурснаго жюри, въ числѣ которыхъ на первомъ мѣстѣ былъ поставленъ одинъ изъ популярнѣйшихъ и выдающихся преподавателей высшей школы Москвы, бывшій прив.-доцентъ московскаго университета П. Н. Сакулинъ, авторъ капитальнаго научнаго изслѣдованія о кн. Одоевскомъ и цѣлаго ряда другихъ научныхъ трудовъ?
Отвѣтить на этотъ вопросъ -- значитъ разсказать одну изъ феерическихъ повѣстей современной "тысячи и одной ночи, русской жизни.
Начать съ того, что г. Арабажинъ никогда не состоялъ въ числѣ преподавателей высшей школы и, такимъ образомъ, не имѣлъ къ ней никакого отношенія. Правда, какъ недавно было объявлено въ "арабажинской" прессѣ, имъ было прочитано "нѣсколько сотъ" лекцій чуть не во всѣхъ городахъ Россійской имперіи, но,-- увы!-- ни одинъ университетъ сей пространной имперіи не имѣлъ до сихъ поръ счастья видѣть и слышать въ своихъ стѣнахъ "профессора" изъ "Биржевыхъ Вѣдомостей, "Честь эта выпала впервые на долю гельсингфорсскаго университета, каѳедру котораго г. Арабажинъ отнынѣ получилъ въ свое пожизненное обладаніе
Что касается ученыхъ трудовъ г. Арабажина, то о нихъ также до сихъ поръ было извѣстно очень мало, и только въ самое послѣднее время были открыты неисчерпаемыя ихъ залежи все въ той же редакціи "Биржевыхъ Вѣдомостей".
"Старожилы" утверждаютъ, что г. Арабажинъ нѣкогда "подавалъ надежды" и даже сдѣлалъ попытку устроиться при университетѣ. Но судьба рѣшила иначе: университетъ "оставилъ" г. Арабажина, а г. Арабажинъ остался при... "Биржевыхъ Вѣдомостяхъ".
Насколько намъ извѣстно, имя г. Арабажина впервые появляется въ лѣтописяхъ "науки" съ того самаго момента, когда, благодаря исключительной любезности генерала Маркова, онъ нареченъ былъ днесь профессоромъ гельсингфорсскаго университета. Какъ "ученый", г. Арабажинъ, можно сказать, еще весь въ будущемъ.
Поэтому и сужденіе объ его заслугахъ передъ наукой и человѣчествомъ было бы преждевременно.
Другое дѣло -- неученые труды г. Арабажина!
Если бы собрать всѣ "биржевые" фельетоны и всю бумагу, исписанную за многіе годы г. Арабажинымъ, то его "изслѣдованія" пришлось бы измѣрятъ пудами, и понадобились бы, по крайней мѣрѣ, двѣ-три подводы, чтобы доставить всю эту литературу въ комиссію жюри! Въ трудахъ этихъ г. Арабажинъ, правда, обнаруживаетъ рѣдкую многогранность, переливая, такъ-сказать, всѣми цвѣтами, радуги. Но... къ сожалѣнію, они не имѣютъ никакого отношенія къ каѳедрѣ въ Гельсингфорсѣ.