Прощай, друг мой! будь здоров. Твой верный друг Александр.
40.
В. к. Александр Павлович -- А. Аракчееву.
Друг мой, Алексей Андреевич! Искренне сожалею, что ты нездоров, а особливо, что кровью харкал. Ради Бога побереги себя, если не для себя, то по крайней мере для меня. Мне отменно приятно видеть твои расположения ко мне. Я думаю, что ты не сумневаешься в моем и знаешь, сколь я тебя люблю чистосердечно. Александр.[522]
41.
В. к. Александр Павлович -- А. Аракчееву.
Друг мой Алексей Андреевич! Государь приказад, чтобы по-прежнему ходило во внутренний караул два конной-гвардии офицера, с тем различием, чтобы один с половиною людей, становился на старом месте, а другой с другой половиной, на месте кавалер-гардов, и посты бы между ними разделить, включая и кавалергардский пост.
Гренадерам стать на прежнем месте возле большой церкви, где зимою стояли; унтер-офицерский пост пред этой комнатой: что все и учредить завтра к приезду.
Встречи никакой не надобно, гусаров поставить по-прежнему же возле парадного крыльца.
Фронт конной гвардии, которая будет стоять в кавалергардской, надобно поставить спиною к новой стене, между двух дверей, лицом к той дирекции, на которой они прежде стояли. Фронт же тех, которые возле императрицы поставить, где сам лучше изобретешь.