Бардадым лягнул меня в бедро. Ушибленное место вспухло, началось воспаление. Я слег в постель. Голова горит, стены кружатся, и все проваливается в какую-то серую муть. Придя в себя, вижу в каморке Тоню. Она поправляет подушку, укрывает мои ноги старой попоной. И так досадно, что девушка забегает только украдкой, когда нет хозяина.
Дни проходят. Я начинаю поправляться. Заглядывает хозяин.
— Лежишь? На даровых харчах можно дрыхнуть. А кони стоят, убыток несу.
— Что ж делать? Видишь, вот нога…
— Превозмоги хворобу, — советует хозяин. — Парень молодой, нечего киснуть. Понатужься и встань, разомнешься как-нибудь.
Я пытаюсь подняться. Боль опять валит в постель. Хозяин уходит обиженный.
Прошу Тоню отнести Яхонтову прочитанную книгу и взять, если разрешит, новую. Девушка возвращается с двумя книгами, сияющая, оживленная.
— Николай Павлович кланяется и говорит — не нужно ли доктора? У него есть знакомый доктор. Все, говорит, бесплатно сделает, лекарства даст.
— Понравился Яхонтов?
— Ужасно, миленький. Такой обходительный, добрый.