I.
АРИСТОФАН, единственный комический поэт греческий, коего сочинения дошли до нас, сын какого-то Филиппа, родом афинянин. Он сделался известен стихотворениями своими в четвертом году Пелопонезской войны, 427 л. до Р. Х., и за насмешки над сильным тогдашним демагогом Клеоном, был им обвиняем в неправильном присвоении себе звания афинского гражданина. Он дважды оправдался пред судом в этом обвинении, и отомстил в последствии Клеону комедиею "Всадники"; он сам играл в ней роль Клеона, которой не смел принять на себя ни один из актеров. Вот все, что нам известно о жизни Аристофана, которого древние называют по превосходству комиком, как Гомера поэтом. Из 54 сочиненных им комедий дошли до нас одиннадцать: Ахарняне, Всадники, Облака, Шмели, Мир, Птицы, Женщины на празднестве Фесмофорий, Лизистрата, Лягушки, Женщины в народном собрании и Плутус. В этих сочинениях, вероятно, дошел до нас цвет древней комедии, которой главнейшими представителями были поэты Эвпол, Кратин и Аристофан. В последней комедии, Плутус, древняя комедия переходит уже в среднюю. Для того, чтоб вполне наслаждаться красотами аристофановой поэзии, и не останавливаться на многих вольностях и неблагопристойностях, читатель должен быть совершенно знаком с нравами и понятиями древних. Такой читатель усмотрит чистый и изящный аттицизм, искусство и рачительность в расположении и исполнении, и все достоинства наружной формы, которыми славился Аристофан. Остроумие и веселость его неисчерпаемы, а смелость беспредельна. Греки восхищались нежностью и прелестью его комедий, и Платон говорил, что Грации избрали его душу своим жилищем. При нынешних наших понятиях о благопристойности, лучше всего будем называть Аристофана, как говорит о нем Гёте, избалованным любимцем Граций. Он пользовался аллегориею для изображения предметов политических, пороков и глупостей своего времени. В политическом и нравственном отношении он твердо стоит за старинные правы, учения и произведения искусства: по этой причине нападает он на Сократа в Облаках, а на Эврипида в Лягушках и других своих комедиях. -- Свобода древней комедии в этом отношении не имела пределов, и Аристофан пользовался ею до крайности. Он не щадил и народа афинского, представляя его, под именем старика Демоса, в самом унизительном виде. Он беспрестанно укорял афинян в непостоянстве, [ 55 ]легкомыслии, любви к лести, глупом легковерии и склонности к несбыточным надеждам. Афиняне не только этим не обижались, но еще наградили его масличною ветвию, что почиталось тогда большою почестью. Эта необузданная свобода составляла характер древней Комедии, которая долгое время почиталась подпорою демократии. После Пелопонезской войны она была ограничена, а в 388 г. до Р. Х. законом запрещено было называть людей на театре по имени. В то время Аристофан издал, под именем старшего своего сына, комедию "Кокал", в которой молодой человек, соблазнивший девушку, женится на ней, узнав, какого она роду. Этою пьесою начинается новая Комедия. (См. Комедия .) Кажется, что Аристофан умер вскоре после этого, в глубокой старости. -- Из новых изданий Аристофана должно упомянуть об издании Кюстера (Амстерд. 1710), Бурмана Секунда (Лейд. 1760), Брунка (Страсб. 1781--1783). Инвернизи начал в Равенне издание Аристофана, под смотрением Бека (Лейпц. 1794); оно кончено с 7 тома Диндорфом, и состоит из 13 частей. -- На Немецкий язык переведены некоторые его комедии Виландом, и все І. Г. Фоссом (3 тома, Брауншв. 1821); на Французский Арто (Artaud). На Русский язык переведена одна комедия его: "Облака" И. М. Муравьевым-Апостолом (С.П.б. 1821).
Источник текста: Энциклопедический лексикон, т. III: Ара--Афо, 1835 г., с. 54--55;
II.
Аристофан -- величайший драматический писатель Греции и древнего мира, сын Филиппа; род. около 444 до Р. Х. и умер между 387--380 гг. в Афинах. Первую свою комедию он поставил в 427, но еще под чужим именем. Когда год спустя (426) он осмеял в своих "Вавилонянах" могущественного демагога, кожевника Клеона, последний обвинил его перед советом в том, будто он в присутствии уполномоченных от союзных государств порицал и выставил в смешном виде политику Афин. Позднее Клеон поднял против него довольно обычное в Афинах обвинение в незаконном присвоении звания афинского гражданина. А., как говорят, защищался перед судом стихами Гомера:
Моя мать, та говорит: он мой отец; сам же я
Этого не знаю, ибо кто же может сам знать кто его произвел?
А. отомстил Клеону, жестоко напав на него в комедии "Всадники". Страх перед сильным демагогом будто был так велик, что актеры отказались от этой роли, никто не соглашался даже сделать маску, походящую на Клеона, и А. сам играл эту роль, раскрасив себе лицо. Но этот рассказ, вероятно, выдуман на основании некоторых не понятых стихов комедии. Вот почти все, что известно о жизни А.; древние называли его попросту комиком, подобно тому, как Гомер был известен у них под именем поэта. Из 44 комедий, написанных А., до нас дошли только 11: "Ахарнейцы", "Всадники", "Облака" (в позднейшей, не оконченной поэтом переработке), "Осы", "Мир", "Птицы", "Лисистрата", "Женщины на празднике Тесмофорий", "Лягушки", "Женщины в народном собрании" и "Плутос" (тоже во второй, но оконченной переработке, в которой она была поставлена на сцену). Все эти комедии несомненно принадлежат к лучшим произведениям античной сцены. Но, чтобы понять их, нужно быть близко знакомым с жизнью и событиями того времени. Только такой читатель в состоянии будет достойно оценить остроумные намеки, тонкий сарказм, "аттическую соль", мастерство и глубину замысла и исполнения, равно как другие красоты формы, доставившие А. великую славу художника слова. Его остроумие и шутливость столько же неиссякаемы, сколько безгранична его смелость. Греки были очарованы прелестью и обаятельностью его пьес. Приписываемая Платону эпиграмма говорит, что "музы устроили себе в нем приют". Гёте отзывается о нем несколько иначе, он называет его "неблаговоспитанным любимцем муз", и с точки зрения европейского читателя это совершенно верно. Остроты А. слишком часто кажутся нам грубыми и неблагопристойными, его выражения слишком обнажены и нечистоплотны, чтобы современный человек, с его тонко развитым чувством изящного и не подкупленный красотою языка, мог находить в них художественное наслаждение. Правда, эта грубость принадлежала не лично А., а всей тогдашней эпохе, привыкшей называть вещи их настоящим именем, ничем не стесняясь. Но зато комедии А. дают неоценимый материал для изучения современной ему жизни. По своим политическим и нравственным убеждениям А. был приверженцем старины, суровым защитником старых верований, старых обычаев, науки и искусства. Отсюда его язвительные насмешки над Сократом или, вернее, над умcтвoвaниями софистов в "Облаках", его беспощадные нападки на Еврипида в "Лягушках" и других комедиях. Свобода древней комедии давала широкий простор личной сатире, а смелость и фантазия А. сделала такое безграничное применение из этой свободы, что он ни перед чем не останавливался, если предмет заслуживал осмеяния. Он не щадил даже афинский демос, смело бросал ему в лицо обвинения в малодушии, легкомыслии, в падкости до льстивых речей, глупой доверчивости, заставляющей его вечно питать надежды и вечно разочаровываться. Эта безграничная свобода слова составляла вообще характеристическую черту древней комедии, в которой долгое время видели один из оплотов демократии; но уже во время пелопоннесских войн на нее были наложены некоторые стеснения. Около 415 г. проведен был закон, несколько ограничивавший необузданную свободу осмеяния личности. Драматические произведения А. служат верным зеркалом внутреннего быта тогдашней Аттики, хотя выводимые в них фигуры и положения часто представлены в извращенном, карикатурном виде. В первом периоде своей деятельности он преимущественно изображал общественную жизнь и ее представителей, тогда как в позднейших его комедиях политика отступает на задний план. Под конец жизни он поставил на сцену под именем своего сына пьесу "Какалос", в которой молодой человек соблазняет девушку, но затем женится на ней, узнав, кто она родом. Этой пьесой, как признавали уже древние, А. положил начало новой комедии. Как во всем, что касалось формы, А. был мастером также в стихосложении; его именем назван особый вид анапеста (каталектический тетраметр, metrum Aristophanium). Основная форма его следующая:
Этот стих употребляется в страстной, возбужденной речи.