Да не про коне-петухов, не про козлов-оленей,
Как любишь ты, как чертят их на завесах мидийских.
Ничуть! Когда из рук твоих поэзию я принял,
Распухшую от пышных слов, надутую от бредней,
Сперва ее я подсушил, от тучности избавил
Пилюлями истертых слов, слабительным из мыслей
И кислым соком болтовни, настоянным на книжках.
Потом на песнях воспитал Кефисофонта тонких.[409]Кефисофонт — по-видимому, друг и помощник Еврипида.
Герой не мямлит у меня и вздора не городит,
Нет, выходя, он всякий раз свое происхожденье
Сперва рассказывает.
Дионис
Да, твое намного хуже.[410]…твое намного хуже. — Намек на мнимое происхождение Еврипида от торговки зеленью.
Еврипид
С начала драмы ни один актер не остается
Без дела. Всем даю слова: и женщинам, и слугам,
И девушкам, и господам, старухам даже.
Эсхил
Боги!
Какой ты казни заслужил за дерзость?
Еврипид
Зевс свидетель!
Любовь народа — цель моя!
Дионис