— Безобразие! — крикнул директор, нетерпеливо дрыгнув ногой. — Что они пьяны, что ли?
Он сунул часы в карман и зашагал к соседнему флигелю. Я поспешил за ним.
Внутри флигеля мы увидели картину мирной беззаботной жизни. Часть пожарников босиком валялась на койках, часть за столом играла в карты.
— Вы что же, — набросился на них директор, — оглохли? Не слышите сигнала? Где брандмейстер?
Пожарники медленно встали и в угрюмом молчании разглядывали директора.
— Где брандмейстер?! — повторил он грозно. — Опять пьян?
— Иван Мироныч тверезый, — сурово ответил один из пожарников. — Да вот они сами.
В комнату не спеша вошел брандмейстер.
— Иван Мироныч! — кинулся к нему директор. — Что ж это такое? Даю тревогу, а вы хоть бы хны! Словно вас это не касается! Пускай, значит, все горит! Пропадает заводское имущество ! Народное достояние! Это саботаж!
Брандмейстер со странным спокойствием выслушал, не глядя на директора, сердитые выкрики и сказал: