Зораида в отчаянии ломала руки. Эмир оттолкнул ее ногой и продолжал свои упреки:
- Да, преступная женщина, вот наказание, которое я придумал для тебя за пятно, нанесенное мне союзом с тобой, и если в течение трех дней ты не сыщешь поборников, которые осмелятся стать против обвинителей, костер на Новой площади окончит проклятую жизнь твою!
Кончив эту угрозу, Абдалла медленно вышел из гарема, бросив на свою несчастную фаворитку последний взгляд, исполненный ненависти и мести. Зораида, оставшись одна, с ужасом измеряла бездну своего несчастья, со времени отправления благородных Абенсеррахов, она не надеялась найти защиту против Зегрисов, дикого мужества которых все страшились. Ей не оставалось ничего, кроме перспективы близких, ужасных мучений. В этой крайности молодая христианская невольница предложила ей послать тайного гонца в христианский лагерь и просить помощи дона-Хуана де-Шакона, храбрейшего рыцаря в Кастилии. Несмотря на весьма слабую надежду на эту помощь, Зораида решилась испытать это средство, чтобы избегнуть рук палачей, и продиктовала к дону-Хуану письмо. Молодой невольнице удалось обмануть все взоры при выходе из дворца и счастливо пробраться к аванпосту христиан.
Между тем прибытие блестящего отряда Абенсеррахов распространило радость во всей армии. Фердинанд Арагонский и Изабелла Кастильская видели в поступке этих мужественных союзников залог верного торжества христианства. Гранада, покинутая лучшими воинами своими, преданная внутренним раздорам и диким насилиям владыки малодушного и ненавистного, не могла уже долго противиться. Кастильянские рыцари приняли Абенсеррахов как братьев.
Раз вечером, когда дон-Хуан отдыхал в своей палатке, паж разбудил его и подал письмо. Велико было изумление рыцаря, когда он увидел, что письмо это от эмировой фаворитки, красота которой славилась во всей Кастилии. Зораида умоляла его именем той помощи, которую христианские рыцари клялись подавать каждому страждущему, явиться на защиту ее невиновности и слабости. Дон-Хуан не колебался ни минуты и немедленно занялся выбором товарищей. Выбор этот был труден в армии героев, равно жаждавших славы и отличия. Наконец он решился и с рассветом дня сообщил свой план избранным.
- Неизгладимым пятном для рыцарей, -- сказал он, -- будет, если на испанской почве женщина прелестная, невиновная и несчастная погибнет жертвой низкой клеветы по недостатку защитников. Я получил прошлой ночью письмо от принцессы Гранадской, которая поручает судьбу свою моему мужеству и великодушию. Мне нужны три товарища.
- Я буду одним из них! -- воскликнул Понс де-Леон.
- А я вторым! -- сказал Агвилар. -- Но остается узнать, какими средствами доведем мы это странное дело до благополучного конца.
- Средства? -- возразил дон-Хуан. -- А какие препятствия будут в состоянии остановить нас, когда дело идет о защите такого прекрасного, благородного дела? Кто осмелится медлить, не рискуя потерять честь свою?
- Никто, -- холодно отвечал Де-лос-Донзелос.