- Я и не ожидал меньшего от такого мудреца, -- возразил Мехеми, с таким же искусством скрывая мысль свою, -- благословим Господа, который мне одному назначил такое ужасное испытание.
- И ты, вероятно, пришел поручить мне свою месть?
- Я пришел узнать, нет ли какого-нибудь средства избегнуть угроз, которыми ты осыпал меня во имя судьбы.
- Знаю одно только, -- отвечал Ибрагим. -- Изгони из присутствия своего эту пагубную женщину.
- Отказаться от такой сокровищницы красот!
- Разве ты предпочитаешь отказаться от власти?.. От жизни?.. От гордости -- оставить за собой славную память? Солдат, вышедший из толпы, не желаешь ли ты возвратиться в нее уничтоженный?
- Что мне власть, жизнь, слава, если им должно пожертвовать единственным блаженством, которое может увенчать цветами мое долгое и трудное поприще? Моя слава останется между героями Могреба, но я скоро исчезну со сцены света. Зачем же откажусь я от наслаждения по причине забот о завтрашнем дне, который, может быть и не настанет для меня?
- Как тебе угодно, -- возразил астролог резким и глухим голосом. -- Но зачем же, в таком случае, тревожить мое уединение? Я не имею более власти над твоей судьбой.
- Не имеешь более! Неужели ты можешь поступать со мною так жестоко! -- воскликнул растроганным голосом хитрый Мехеми. -- Ужели ты останешься без снисхождения или жалости к страсти, ослепляющей твоего владыку, твоего благодетеля, твоего друга? Ужели не можешь пожертвовать ему собственными желаниями и найти в науке своей какое-нибудь средство, чтобы избавить его от бедствий, могущих отяготеть над последними днями жизни? Послушай, Ибрагим, повторяю тебе от искреннего сердца: я не дорожу сегодня ни величием, ни могуществом, темное спокойствие, далекое от всяких тревог -- единственное желание мое. Зачем судьба, завистливая к проблеску истинного счастья, отказывает мне упорно в утешении кончить жизнь на лоне любви?
- Да эта женщина не любит тебя! Вблизи ее ты умоляешь вместо того, чтобы приказывать, вместо того, чтобы побеждать, ты протягиваешь руки к цепям...