-- Какие глаза... -- мечтательно произнесла Аглая Петровна.
Даже ворчливая супруга генерала достала из сумочки лорнет.
Тем временем писатель с обычно спокойной улыбкой слушал неиссякаемого актёра.
Тот держал его за пуговицу, обнимал за талию, хлопал по коленке и вообще всячески старался засвидетельствовать свою большую близость к модному писателю.
К ним неожиданно подошёл коммивояжёр и протянул писателю руку, точно старому знакомому:
-- Здравствуйте, господин Грибунин! Как вам это понравится, -- обратился он в сторону актёра: -- сидит с нами за одним столом, вместе дебатируем и не знаем, что это наш знаменитый Грибунин.
Актёр очень недоволен появлением непрошенного собеседника. Придав своем улицу выражение наивысшего благородства и непроницаемости, он говорит:
-- Гм... видите ли, почтеннейший, на пароходе обычно не принято представляться... Ведь вы же, в свою очередь, не представлялись Александру Михайловичу...
-- Что я? -- представитель американских жатвенных машин "Букей". А они кто? -- известный всему миру писатель! Это две большие разницы!.. Алекасандр Михайлович, я читал ваш роман "Отцы" -- замечательный роман!
Грибунин улыбнулся: