Иль кудри ея начинали сребриться,
Иль ножка срывалася, - вдаль
Отъ этого рая ее увозили,
Какъ будто сухую листву,
Какъ розъ лепестки облетевшие, или
Какъ смятую грубо траву.
А те предавались немедленно казни,
Кто смелъ намекнуть во дворце
О мире страданий, печали, боязни
И смертнаго грустномъ конце.