Ужаленъ змеей, иль въ него
Вонзилась стрела своей сталью безстрастной, -
И жизнь улетела, какъ шорохъ неясный,
И стало ничемъ - существо!
Онъ больше не знаетъ ни грезъ, ни желанья!
Пусть пламень его пепелитъ,
Мертвецъ ужъ не чувствуетъ боли, страданья,
И смрадъ его тела его обонянью
Ужъ больше совсемъ не претитъ;
Нетъ вкуса во рту, а въ ушахъ его - слуха.