-- А вы уже струсили! вообразили, что умеръ? Нѣтъ, такъ скоро не умираютъ.
Онъ всталъ, подошелъ къ зеркалу, вынулъ изъ кармана гребень и причесалъ волосы. Потомъ обернулся къ ней.
-- Вотъ что, Василиса Николаевна, проговорилъ онъ спокойнымъ голосомъ. Я обдумалъ и рѣшился: я завтра ѣду.
Оно, почувствовала, какъ у нея вдругъ сердце замерло.
-- Вы завтра хотите ѣхать? произнесла она, совсѣмъ... уѣхать?...
-- Да, совсѣмъ.
Она встала и подошла къ нему.
-- Сергѣй Андреевичъ... какъ же это?... Вы не можете этого сдѣлать... Я... я, мнѣ кажется... умру...
-- Я долженъ это сдѣлать, и вы не умрете; напротивъ, жить будете. Настоящее положеніе невыносимо; тутъ, чортъ знаетъ, до чего дойдешь, всякое самоуваженіе потеряешь.
Василиса въ слезахъ упала на кресло, около котораго она стояла. Борисовъ прошелся нѣсколько разъ по комнатѣ.