Загорскій обратился къ Каролинѣ Ивановнѣ.
-- Возьмите еще рябчика. Нарочно выписалъ изъ Парижа; но видно, даромъ хлопоталъ, не удостоили даже вниманія...
Каролина Ивановна взяла рябчика.
-- Что за прелесть! Ваше превосходительство, вы не кушаете? обратилась она къ Василисѣ.
-- Я просила васъ не называть меня такъ, проговорила Василиса тихо.
Каролина Ивановна сдѣлала видъ, что очень испугалась замѣчанія. Ея лукавые глазки быстро мелькнули отъ Василисы къ Загорскому и отъ Загорскаго къ Василисѣ.
-- Извините, все забываю; Константинъ Аркадьевичъ приказали.
Смиренный тонъ словно подзадорилъ Загорскаго. Онъ заговорилъ желчно и запальчиво:
-- Развѣ мои желанія берутся когда-нибудь въ соображеніе!? Человѣкъ хлопочетъ, старается всячески угодить, а въ награду ничего не видитъ, кромѣ холодныхъ минъ и постоянной оппозиціи.-- Пріятно это?
Константинъ Аркадьевичъ обратился съ этимъ вопросомъ къ Борисову и тутъ же прибавилъ: