-- Не все ли равно, откуда идетъ сила, лишь бы она достигала своей цѣли.
Но Борисовъ былъ неподкупенъ.
-- Нѣтъ, не все равно, говорилъ онъ. Чувство -- дѣло впечатлѣнія; случайность породила его, случайность можетъ и уничтожить. Идея же -- продуктъ холоднаго разума и не можетъ быть подвержена колебаніямъ. Вообразите, что въ силу какого нибудь посторонняго обстоятельства чувство нечаянно пострадало,-- тотчасъ и идея утрачиваетъ свое значеніе, убѣжденія исчезаютъ, цѣль дѣлается неясна, являются сомнѣнія,-- все обратилось въ хаосъ,-- хоть божиньку призывай на помощь!-- Что, развѣ неправда? прибавилъ онъ, смѣясь.
-- Какой ты ужасный! сейчасъ все анализировать...
Она вспомнила, что происходило въ ней самой нѣсколько дней тому назадъ, и пойманная, какъ виноватый ребенокъ, не хотѣла признаваться.
-- Вотъ, ежели вы въ самомъ дѣлѣ задумали служить дѣлу, сказалъ Борисовъ, такъ намѣреніе это благое. Примитесь же за него настоящимъ манеромъ, и мы скажемъ вамъ спасибо.
-- Я рада; только какъ?
-- Сколько времени мы съ вами толкуемъ, а вы еще спрашиваете: какъ? Имѣющіе уши да слышатъ...
-- Милый, сказала Василиса и придвинулась къ нему; я давно собиралась съ тобою поговорить... Надо чѣмъ нибудь рѣшить; нельзя оставаться въ настоящемъ положеніи... Какъ ни увѣряй себя и ни оправдывайся въ собственныхъ глазахъ, все таки это обманъ, и очень унизительный. Надо изъ него выйти. Вотъ я и рѣшила...
Она вглянула на Борисова, желая заранѣе заручиться его сочувстіемъ.