-- Но для этого нужно быть тамъ, а это разлука, вырвалось у нея.
-- Не вѣкъ же вы будете сидѣть на мѣстѣ,-- и я къ Женевѣ не прикованъ; мы будемъ встрѣчаться. Общіе интересы свяжутъ насъ тѣснѣе въ нравственномъ отношеніи,-- да и во всѣхъ отношеніяхъ.
-- Цѣлая Европа, ляжетъ между нами!
Борисовъ нахмурилъ брови.
-- Я не отказываюсь, проговорила она поспѣшно. Какъ ты рѣшилъ, такъ и будетъ, Я сдѣлаю все, что ты желаешь, ко всему приложу свое стараніе... Только, право, такая роль не по мнѣ. Нужно умѣнье... находчивость, всегда готовое хладнокровіе... Я на это не способна.
-- Вы способны только сидѣть на диванѣ и хорошенькими фразочками продовольствоваться... Удобная форма сочувствія!
Она покраснѣла.
-- Ты напрасно берешь такой тонъ, я тебѣ говорю, что не отказываюсь.
-- Ну, тѣмъ и лучше, сказалъ Борисовъ. Вѣдь вы даете, а не продаете свои услуги, не правда-ли? стало быть, и торговаться нечего.
Онъ не продолжалъ этого разговора и Василиса не возобновляла его; но въ ея душѣ оставалось много невысказаннаго, что тайно волновало ее.