Колесниковъ сдѣлалъ нѣсколько шаговъ; голова его кружилась.
-- Ближе! Еще ближе! Хороши! Прямо изъ-подъ вѣнца. Забыли и переодѣться! Хорошій женихъ! Только кусокъ-то вы не по горлу выбрали, вотъ и плохо вышло!
Колесниковъ оглянулъ свой костюмъ: дѣйствительно, онъ былъ въ коричневомъ фракѣ съ крупными металлическими пуговицами, въ шелковыхъ чулкахъ и башмакахъ съ пряжками и въ кружевномъ жабо и манжетами. Но все это было покрыто пылью и грязью, изъ-за чего Колесниковъ ничего не отвѣтилъ на ядовитое самѣчаніе Шешковскаго и стоялъ, опустивъ глаза и слегка пошатываясь.
-- Сядьте, поговоримте. Вы должны для собственной пользы отвѣчать съ полной откровенностью. Вы принадлежите къ тайному сообществу вольныхъ каменщиковъ?
-- Принадлежу. Въ этомъ до сихъ поръ не было преступленія.
-- Не перебивайте. До сихъ поръ не было, а теперь есть. Для привлеченія къ себѣ народа и совращенія его въ свою ересь вы подкупаете его щедрое вспомоществованіями. Для этого вамъ нужны большія средства, и вы пользуетесь слабостями простодушныхъ, дабы выманивать у нихъ деньги, а иногда, ходитъ слухъ, прибѣгаете и къ волшебнымъ чарамъ алхиміи.
-- Это ложь! Масоны благотворятъ по завѣту Храма.
-- Прошу васъ не выражаться такъ дерзко въ словахъ,-- я съумѣю внушить вамъ должное уваженіе ко мнѣ. Сознайтесь: вы для цѣлей Общества, увеличенія средствъ его, занялись совращеніемъ богатыхъ дѣвицъ, чтобы ихъ приданое обращать въ печатаніе книжекъ и другіе соблазны народа?..
Колесниковъ чувствовалъ, что онъ готовъ броситься и разорвать этого старика, у котораго мѣрною рѣчью сыпалось съ языка столько оскорбительныхъ несправедливостей.
-- Неправда и это! Мы сошлись съ княжной Долинской по любви.