Я очень часто видѣлся съ гр. Николаемъ Ивановичемъ и Ѳедоромъ Петровичемъ, который обязательно, два раза въ недѣлю, обѣдалъ у своего стараго друга. Не проходило ни одного обѣда, чтобы между добродушнымъ Гаазомъ и Зотовымъ не происходило горячаго, даже крупнаго разговора по поводу отстаиваемыхъ каждымъ изъ нихъ, вполнѣ противоположныхъ принциповъ; но споры эти не могли разстроить дружбы стариковъ.
Особенно интересный характеръ принимали словопренія, когда къ Зотову пріѣзжалъ обѣдать Иванъ Васильевичъ Капнистъ {Тогдашній московскій гражданскій губернаторъ, сынъ автора извѣстной комедіи "Ябеда",-- человѣкъ, замѣчательный по своему уму, честности и добротѣ.}, любившій и уважавшій обоихъ стариковъ. Онъ такъ ловко, такъ умно доказывалъ Гаазу, что тотъ увлекается, а гр. Зотову, что онъ во многомъ заблуждается, что оба противника вдругъ умолкали и въ концѣ концовъ сознавались, что ни тотъ ни другой не были правы.
У И. В. Капниста, гр. Зотовъ, А. И. Булгаковъ (бывшій московскій почтъ-директоръ) и я собирались часто, по вечерамъ, играть на билліардѣ, до котораго всѣ мы были большіе охотники, хотя я никогда не могъ научиться хорошо играть на немъ. Нѣсколько разъ, у Капниста, мнѣ довелось видѣть геніальнаго Гоголя, который рѣдко пускался въ разговоръ и всегда выгладывалъ "букой".
Одинъ только разъ удалось мнѣ видѣть Гоголя въ хорошемъ расположеніи духа и вздумавшимъ представлять въ лицахъ разныхъ животныхъ изъ басенъ Крылова. Всѣ мы были въ восхищеніи отъ этого дѣйствительно замѣчательнаго impromptu, которое окончилось внезапно вслѣдствіе случайнаго пріѣзда въ Капнисту Михаила Николаевича Муравьева, который не былъ знакомъ съ Гоголемъ.
Капнистъ, знакомя Гоголя съ Муравьевымъ, сказалъ: "Рекомендую вамъ моего добраго знакомаго, хохла какъ и я, Гоголя". Эта рекомендація, видимо, не пришлась по вкусу геніальному писателю, и на слова Муравьева: "Мнѣ не случалось, кажется, сталкиваться съ вами", Гоголь очень рѣзко отвѣтилъ: "Быть можетъ, ваше превосходительство, это для меня большое счастіе, потому что я человѣкъ больной и слабый, которому вредно всякое столкновеніе".
Муравьевъ, выслушавъ эту жолчную тираду, отвернулся отъ Гоголя, который, ни съ кѣмъ не простившись, тотчасъ же уѣхалъ. Впослѣдствіи, я слышалъ отъ Ивана Васильевича, что Гоголь не на шутку на него разсердился за "непрошенную (какъ онъ выразился) рекомендацію".
Наружность Гоголя была очень непривлекательна, а костюмъ его (венгерка съ бранденбургами) придавалъ ему крайне невзрачный видъ. Кто не зналъ Гоголя, тотъ никогда бы не догадался, что подъ этой некрасивой оболочкой кроется личность геніальнаго писателя, которымъ гордится Россія.
XI.
Московскій митрополитъ Филаретъ.-- Нравственное его вліяніе въ Москвѣ.-- Мои отношенія къ Филарету.-- Его характеръ.-- Отношенія Филарета въ государю Николаю Павловичу и мелкія противодѣйствія.-- Внѣшность Филарета и пріемы его запросто.-- Филаретъ съ подчиненными.-- Взглядъ Филарета на раскольниковъ и на арестантовъ.-- Сцена Филарета съ барынями-ханжами.-- И. П. Липранди.-- Его происхожденіе.-- Липранди какъ начальникъ политической полиціи въ Парижѣ.-- Вигель какъ клеветникъ.-- Посылка Липранди въ Турцію.-- Дѣятельность Липранди по службѣ въ министерствѣ внутреннихъ дѣдъ.-- Мое знакомство съ Липранди,-- Дѣло Петрашевскаго.-- Журналистъ-агентъ Третьяго Отдѣленія.-- Кончина Липранди.
*) Въ настоящей книжкѣ "Историческаго Вѣстника" заканчиваются "Воспоминанія" Иліи Александровича Арсеньева. Смерть лишила его возможности дописать ихъ; онъ умеръ 16 февраля, на 67 году отъ рожденія, послѣ тяжкой и продолжительной болѣзни, въ исходѣ которой не заблуждался. Еще 30 ноября прошлаго года, онъ писалъ намъ: "Спѣшу съ моими записками, такъ какъ чувствую, что приближаюсь къ концу", а въ послѣднемъ письмѣ, писанномъ ослабѣвшей рукой, 2 января, шутливо прибавлялъ: "Я теперь напѣваю романсъ Шуберта "Адіо", который гласитъ, что "La mort est une amie" -- съ завтрашняго дня у меня поселяется сестра милосердія".