-- Га!
Орочи дружно навалились на вёсла. Как только лодка поровнялась с внешним краем песчаной косы, Сагды круто повернул её вправо. Тотчас слева выросла громадная волна. Она неслась прямо на нас, всплескивалась, пенилась и шипела. Повинуясь кормовому веслу рулевого, лодка пошла ей навстречу и немного наискось. Вслед за тем она взметнулась кверху и накренилась на правый борт. Волна прошла: гребцы сильнее налегли на вёсла. Опять волна и опять тот же маневр. На мгновение тамтыга очутилась в водяной котловине, потом сразу взлетела на гребень, грузно осела кормой и вслед за тем зарылась носом в белой пене. Это был девятый вал. Потом лодка выправилась: бар и прибойное волнение остались сзади. Тогда Сагды дождался второй лодки, дал несколько советов рулевому и велел грести.
Всё пространство между реками Хуту, Тумнин и Копи заполнено базальтом. Этот лавовый поток двигался с запада к востоку и вклинился в море длинными языками, благодаря чему здесь образовалось много полуостровов, бухт и заливов. Императорская Гавань представляла собой глубокий провал. Берега её тоже слагаются из базальтов. Лес, состоящий из лиственницы, аянской ели и белокорой пихты, густо покрывает все мысы и по распадкам спускается до самого моря.
Я сидел рядом с Сагды и старался запомнить всё, что он говорил.
Первая бухточка называлась Намшука (искажённое "Намука" от слова "Наму", что означает море). За ней дальше на юг между мысами Шинаку и Чжуанка вытянулась большая бухта Силантьева. В неё впадает небольшая речка Чжуанка, которая получила своё имя от слова "Чжу", что значит домик. "Чжуанка" в переводе на русский язык будет "деревушка". И действительно, в глубине самой бухты приютилось небольшое орочское селение. Затем следует бухта Тона с мысом Тона и с речкой Тона, а за ними небольшая, но очень уютная бухточка Сякта с безымянной речкой. На ней есть водопад Сыдю, около которого живёт чорт. Там часто трясётся земля, кто-то ходит по лесу, кричит, свистит и не даёт людям спать. Ещё отметим выдающийся мыс Ая (слово это значит "хорошо"). Такое странное название он получил потому, что сейчас же за ним находится большая бухта Ванина. Если во время непогоды орочам удаётся на лодках достигнуть этого мыса, они кричат: "Ая, Ая!..". Сагды тоже издал это традиционное восклицание, налёг на кормовое весло и свернул в бухту Ванина.
Высокие скалистые берега её, тёмная неподвижная вода и никем не нарушаемая тишина создавали обстановку неприветливую, угрюмую. В глыбах камней, хаотически нагромождённых на берегу, в покачнувшихся старых деревьях и в мрачных утёсах чувствовалась какая-то насторожённость. Точно кто-то неведомый, страшный прятался в лесу и наблюдал за нашими лодками. В глубине бухты впадала небольшая речка Уй, около устья которой находился один орочский домик. Присутствие людей несколько смягчало суровую красоту бухты Ванина, и жуткое чувство, навеянное столь странной обстановкой, понемногу стало рассеиваться.
Когда орочи пристали к берегу, они пошли по своим делам. Мне наскучило сидеть в лодке на одном месте, и я пошёл пройтись по наплывной полосе прибоя. Она суживалась всё более и более и наконец сошла на нет. Я обратил внимание на большую глубину бухты. Слева была высокая стена, а справа -- вода. Если бы море вдруг отступило, я почувствовал бы себя на карнизе, повисшем над пропастью. Дойдя до конца тропы, я сел на один из камней и стал осматриваться. Взор мой остановился на медузе. Она то развёртывала свою мантию, то быстро сжимала её, выталкивала воду и толчками подвигалась вперёд. Вдруг несколько в стороне на воде появились круги, и вслед за тем над поверхностью её показалась большая голова какого-то страшилища. Буро-серого цвета, с маленькими ушами, чёрным носом и щетинистыми усами, голова была больше человеческой раза в четыре. Животное глубоко вздохнуло и потом раскрыло свою пасть, показав большие зубы. Вслед за тем оно повернуло голову и уставилось на меня своими чёрными выпуклыми глазами. Если бы оно вздумало вылезти на узкую намывную полосу прибоя, то отрезало бы мне путь назад, и я очутился бы прижатым к береговому обрыву. Тогда я решил опередить его и спрыгнул с камня, но зверь сам меня испугался. Он ещё раз шумно вздохнул и скрылся под водою.
Вернувшись назад, я рассказал орочам, что, по-видимому, видел сивуча. Этот крупный представитель ушастых тюленей в недавнем прошлом был весьма распространён, но вследствие постоянного преследования человеком он почти совсем исчез около Императорской Гавани. Ныне сивучи встречаются южнее мыса Туманного.
Орочи считают сивуча морским медведем, находящимся в антагонизме с его наземным братом. Появление его в бухте Ванина означает, что он был или ранен, или напуган касаткой-гладиатором (Тэму).
Орочи также сообщили мне один из их многочисленных предрассудков, а именно: ножом, которым хоть раз пришлось снимать шкуру с сивуча, нельзя резать мясо медведя и вообще брать его с собой на охоту не следует. Лучше всего такой нож бросать в море.