-- Меня любовникъ бросилъ... человѣкъ любимый, -- такъ же тихо поправилась Саша, въ упоръ глядя въ глаза баронессѣ.
-- Что?.. Да мнѣ какое дѣло? -- вскрикнула баронесса. -- Скажите, какія нѣжности!..
-- А вы вонъ плачете, когда письма читаете, -- упорно, точно подхваченная чѣмъ-то, продолжала Саша. Баронесса поблѣднѣла, въ ея лицѣ мелькнуло то мягкое и растерянно-жалкое выраженіе, какое бываетъ у всѣхъ людей, у которыхъ нѣтъ счастья.
Тѣ письма, о которыхъ говорила Саша, были письма отъ ея мужа, давно не посѣщавшаго больной и скучной жены.
Но баронесса преодолѣла свое чувство, считая унизительнымъ выдать его такому ничтожному человѣку, какъ Саша.
-- Вы, кажется, сравниваете меня съ вами? -- высокомѣрно проговорила она.
-- Все равно. -- сказала Саша: -- всѣмъ счастья хочется... что вамъ, что мнѣ!
-- Счастья... скажите пожалуйста! Вы не для счастья здѣсь, а для того, чтобы ухаживать за больными!.. Дѣлайте свое дѣло... Подымите меня!
Саша не тронулась съ мѣста.
-- Да вы слышите или нѣтъ?