Ася. Но вѣдь это же вашъ другъ!..
Семеновъ (мрачно). У меня друзей нѣтъ!..
Ася. Тѣмъ хуже для васъ!
Семеновъ. Можетъ быть.. А все-таки, взгляните хладнокровно: ну, хорошо, останется вашъ Володя дома, кончитъ университетъ, станетъ учителемъ математики, женится на васъ, нарожаетъ дѣтей... вѣдь это же тоска! Неужели для этого стоитъ родиться на свѣтъ?..
Ася. А для того, чтобы быть убитымъ или искалѣченнымъ на войнѣ, стоитъ?
Семеновъ. Ну, и подъ трамвай попасть можно... А тамъ, по крайней мѣрѣ, жизнь, борьба!.. Нѣтъ, я ему искренно совѣтовалъ бы поѣхать.
Ася (дрожа всѣмъ тѣломъ и съ ненавистью глядя на него въ упоръ). Ну, да, я знаю... это вы ему посовѣтовали!.. Но это гадко, подло!..
Семеновъ. Что подло?.. Совѣтовать итти защищать свою родину?..
Ася (растерянно). Я не то хотѣла сказать... А вы... (Вдругъ закрываетъ лицо руками и идетъ изъ столовой).
Семеновъ. Ася, постойте!.. (Ася уходитъ). Ну, какъ хотите!.. (Пожимаетъ плечами и разсѣянно тыкаетъ потухшей папиросой въ пепельницу). Н-да... такія-то дѣла!.. Сидоренко, а ты тоже идешь?