(Молчаніе).
Нина (задумчиво). Семеновъ говорилъ вчера, что войны никогда не могутъ прекратиться, потому что онѣ вовсе не противны человѣческой природѣ, а, напротивъ, свойственны ей... Неужели же это правда?..
Князь. Ну, объ этомъ еще можно поспорить!..
Нина. А, по-моему, даже и спорить нельзя!.. (Горячо). Если бы это было такъ, то родъ человѣческій просто надо было бы уничтожить совсѣмъ... Онъ не имѣлъ бы права жить тогда!..
(Князь неопредѣленно пожимаетъ плечами).
(Молчаніе).
Нина. Какая красота кругомъ!.. Смотрите, какъ листья падаютъ... И солнце свѣтитъ такъ, точно боится помѣшать этой тишинѣ и красотѣ!.. (Засмѣявшись). Я счастлива, князь!.. Мама упрекаетъ меня, что я забыла Володю и сняла трауръ... Но развѣ я могу встрѣтить Владимира въ черномъ платьѣ!.. Я не могу безъ слезъ думать о бѣдномъ Володѣ, который зарытъ гдѣ-то тамъ, въ какой-то страшной,-- чужой землѣ... но я все-таки счастлива!.. Пусть я эгоистка, пусть я дурная женщина, но я счастлива!.. Когда я получила телеграмму отъ Владимира, я точно съ ума сошла... Мнѣ хотѣлось пѣть, танцовать!..
Князь (сумрачно). Да, конечно... Но не думаете ли вы, Нина Петровна, что немножко жестоко говорить мнѣ все это!..
Нина (опомнившись, съ блуждающей улыбкой). Ахъ, простите, князь!.. Но я, ей-Богу, такъ счастлива, что все перезабыла, ничего не соображаю!.. Простите меня!.. (Протягиваетъ ему руку).
Князь (не принимая руки). Я не имѣю права ни сердиться, ни прощать васъ... Я самъ насильно ворвался въ Башу жизнь и ни на какую роль въ вашихъ глазахъ претендовать не могу!..