-- Вы послѣ видѣлись съ вашимъ предметомъ?
-- Нѣтъ... Ты самъ знаешь, что она мнѣ отвѣчала.
-- И она сказала правду! а чтобъ ей доказать, что и вы тоже догадливы, ступайте-ка въ воскресенье въ городской соборъ, къ поздней обѣднѣ: хорошенькія дѣвочки всегда ходятъ къ обѣднѣ, потому что тамъ бываетъ много народу. Когда служба кончится, станьте у дверей и какъ только ее увидите, подайте ей святой воды... И тогда замѣчайте хорошенько... Если у васъ забьется сердце, когда ея тонкіе пальчики встрѣтятся съ вашими, -- значитъ, вы влюблены.
-- Хорошо! этотъ опытъ я намѣренъ произнести не дальше, какъ въ будущее же воскресенье.
И дѣйствительно, въ первое воскресенье Гуго отправился въ Ошъ въ сопровожденіи Коклико, который, какъ мы ужь говорили, всюду за нимъ слѣдовалъ. Они подошли къ собору въ ту самую минуту, когда колокольный звонъ призывалъ вѣрующихъ. У паперти тѣснилась густая толпа. Когда Гуго вошелъ въ церковь, она была наполнена наполовину, а скоро совсѣмъ наполнилась. Обѣдня должна была тотчасъ начаться. Гуго сталъ искать глазами, и между множествомъ черныхъ капоровъ отъискалъ одинъ, отъ котораго ужь не могъ отвести взора: что-то говорило ему, что подъ этимъ именно капоромъ улыбается Брискетта.
Когда начали выходить изъ церкви, Гуго помѣстился у самыхъ дверей и сталъ ждать. Онъ потерялъ-было свой капоръ изъ виду, когда двинулась толпа, какъ волнуемое вѣтромъ поле колосьевъ; но скоро увидѣлъ подходящую Брискетту. Лукавая улыбка освѣщала ея лицо. Графъ де Монтестрюкъ обмочилъ пальцы въ святой водѣ и протянулъ Брискеттѣ. Какъ только они коснулись другъ друга, сердце его забилось.
-- Агриппа, видно, правъ, подумалъ онъ.
Онъ подождалъ, пока Брискетта вышла изъ дверей на площадь, и, пробравшись вслѣдъ за нею, сказалъ ей:
-- Брискетта, мнѣ нужно вамъ что-то сказать... Подарите мнѣ одну минуту.
Она прикусила лукаво губки и, взглянувъ на него украдкой, отвѣчала: