-- Ваше пророчество я принялъ за приказаніе, отвѣчалъ любезно Гуго, касаясь губами обтянутой въ перчатку ручки принцессы.
-- А! вотъ нашъ провинціалъ встрѣтилъ и знакомыхъ! проворчалъ графъ де-Шиври.
Скоро все общество двинулось въ путь, принцесса и герцогиня впереди, подлѣ Орфизы -- графъ де-Шиври, подлѣ Леоноры -- графъ де-Монтестрюкъ.
Его взоръ переходилъ съ одной на другую: у одной глаза были зеленые, у другой -- черные; у обѣихъ станъ былъ тонкій и гибкій; обѣ были ослѣпительной красоты, но у Орфизы -- было больше молодости, а у принцессы -- больше величія. Между ними всякій бы задумался, а за Леонору говорило у Гуго уже то, что она первая смутила его мысли и разбудила мечты. Отчего же онъ былъ внимательнѣй къ граціозной герцогинѣ, и при взглядѣ на графа де Шиври въ немъ шевелилось чувство ревности, котораго онъ вовсе не испытывалъ передъ маркизомъ де Сент-Эллисъ?
Въ эту минуту Гуго замѣтилъ. что красное перо, бывшее у него на шляпѣ съ самаго отъѣзда изъ Тестеры, исчезло. Онъ потерялъ его, должно быть, на узкой дорогѣ, по которой скакалъ сломя голову за герцогиней д' Авраншъ.
Не была ли предвѣщеніемъ эта внезапная потеря подарка принцессы?
-- Время и обстоятельства покажутъ, подумалъ онъ и пересталъ объ этомъ заботиться.
Коклико бродилъ долго по лѣсу и наконецъ нашелъ Гуго въ замкѣ герцогини д'Авраншъ. Никогда онъ еще не видѣлъ такого великолѣпнаго дворца, такихъ обширныхъ службъ, широкихъ дворовъ, пылающихъ кухонныхъ очаговъ, столько праздной прислуги.
-- Ахъ! графъ, говорилъ онъ, вся Тестера помѣстилась бы въ одной галлереѣ здѣшняго дворца! Представьте себѣ...
Вдругъ Гуго прервалъ его: