-- Почему жь вамъ бы къ ней не поѣхать? почему жь бы не сказать ей: графиня! опасность грозитъ великой имперіи, даже больше -- всему христіанству, а его величество король Франціи -- старшій сынъ церкви. Онъ посылаетъ свое войско, чтобъ отразить невѣрныхъ и обезпечить спокойствіе Европы... Этой арміи нуженъ начальникъ храбрый, рѣшительный, преданный, который посвятилъ бы; всю жизнь торжеству праваго дѣла... Меня хорошо знаютъ, и вся кровь моя принадлежитъ королю. Устройте такъ, графиня, чтобы честь командовать этой арміей была предоставлена мнѣ, и я клянусь вамъ, что употреблю все свое мужество, все усердіе, всю свою бдительность, чтобъ покрыть новою славой королевскую корону его величества.. Я встрѣчу тамъ побѣду или смерть! и въ благодарность за доставленный мнѣ случай къ отличію, я благословлю руку, которая вручитъ мнѣ шпагу.

-- Право, другъ Монтестрюкъ, браво! вскричалъ Колиньи, но чтобъ говорить такъ съ фавориткой, надо имѣть ваше лицо, вашъ пламенный взоръ, восторженный жестъ, звучный, идущій прямо въ сердце, голосъ, вашу увѣренность, вашу молодость, наконецъ... Тогда, можетъ быть, еслибъ у меня было все это, я бы рѣшился попытать счастья и, можетъ быть, получилъ бы успѣхъ, но мой лобъ покрыли морщинами походы, на лицѣ моемъ положили печать заботы и борьба, въ волосахъ моихъ пробилась сѣдина; какъ же я могу надѣяться, чтобы блестящая графиня де Суассонъ приняла во мнѣ участье?

-- Да кой чортъ! вскричалъ Монтестрюкъ, не въ уединенной же башнѣ очарованнаго замка живетъ эта славная графиня, обладающая, какъ говорятъ, граціей ангела и умомъ дьявола! Не прикована же въ пещерѣ, подъ стражей дракона! Она имѣетъ, если не ошибаюсь, должность при дворѣ: есть, значитъ, возможность добраться до нея, познакомиться съ ней, говорить съ ней. Одинъ прелестный ротикъ сказалъ мнѣ недавно, что у меня смѣлость граничитъ съ дерзостью. Я доведу эту дерзость до крайней наглости и, съ помощію своей молодости, дойду до той вѣры, которая двигаетъ горами.

-- Если дѣло только въ томъ, чтобъ тебя представить, сказалъ маркизъ де Сент-Эллисъ, то объ этомъ нечего хлопотать: я къ твоимъ услугамъ.

-- Ты, милый маркизъ?

-- Я самъ. Вѣдь я говорилъ же тебѣ, что пріѣхалъ въ Парижъ именно для того, чтобъ выручать тебя, ночью на улицѣ, а днемъ во дворцѣ! Я помогъ тебѣ вырваться изъ когтей шайки бездѣльниковъ, а теперь я же берусь толкнуть тебя въ когти хорошенькой женщины,

-- Да какъ же ты возмешься за это?

-- Очень просто. Есть какое-то дальнее родство между нами и графомъ де Суассонъ, мужемъ прекрасной Олимпіи: тамъ какіе-то двоюродные или троюродные. Я никогда не пользовался этимъ родствомъ, а теперь отдаю его въ твое полное распоряженіе.

-- Соглашайтесь, сказалъ Колиньи. Она -- женщина, и хорошо это доказала!... Кто знзаетъ?...

-- Отлично! вскричалъ маркизъ, сейчасъ же бѣгу къ кузинѣ, не знаю съ которой-то степени, и беру съ бою позволеніе представить тебя ей.