-- Не думайте однакожь, чтобъ это было такъ легко.. Войдти къ той, кто была, есть или будетъ фавориткой -- труднѣй, чѣмъ къ самой королевѣ. Въ ея пріемныхъ залахъ всегда цѣлая толпа.
-- Возьму приступомъ, говорю вамъ; но съ условіемъ, чтобы другъ мой Гуго и вашъ покорнѣйшій слуга тоже участвовали въ экспедиціи. Мы оба хотимъ отвѣдать Венгріи, и я надѣюсь покрыть себя тамъ лаврами на счетъ турокъ и отнять у нихъ съ полдюжины султаншъ, которыхъ подарю одной принцессѣ, не имѣющей соперницъ по красотѣ въ цѣломъ мірѣ!
-- Будьте покойны!... хотя бы мнѣ досталось идти до Болгаріи, чтобъ истребить невѣрныхъ, я поведу васъ и туда.
Черезъ два дня послѣ этого разговора, Гуго былъ дежурнымъ въ Фонтенебло. Въ той галлереѣ, которая вела въ комнаты графини де Суассонъ, онъ вдругъ увидѣлъ фигурку, которая шла припрыгивая такъ проворно и такъ весело, что онъ невольно взглянулъ на этотъ вихрь изъ шелку, уносимый парой маленькихъ рѣзвыхъ ножекъ. Женщина, которой принадлежала эта фигурка, это личико, этотъ взглядъ, эта улыбка, въ платьѣ усѣянномъ развѣвающимся бантами и лентами, -- обернулась инстинктивно.
Вдругъ она вскрикнула и бросилась къ гасконцу.
Другой крикъ раздался въ отвѣтъ и Монтестрюкь кинулся къ ней.
-- Но, прости, Господи! это Брискетта, воскликнулъ онъ.
-- Но, это онъ, это Гуго! вскричала она въ то же мгновенье. И, окинувъ его сверкающимъ взглядомъ, продолжала:
-- Мой милый Гуго въ такомъ чудномъ мундирѣ!... Вотъ сюрпризъ!
-- Моя милая Брискетта въ такомъ прелестномъ нарядѣ! возразилъ онъ. Вотъ приключеніе!