-- И такъ, уѣзжая, я могу думать, что оставляю друга въ Лувре?
-- Друга, о да, и друга, который любитъ васъ гораздо больше, чѣмъ вы полагаете.
Горячее дыханье скользило по губамъ Гуго. Онъ чувствовалъ подъ рукой трепетанье сердца за тонкой шелковой тканью..
-- Прихоть дала мнѣ васъ, прихоть и возвратила, сказалъ Гуго, да будетъ же благословенна эта прихоть!
На разсвѣтѣ, лучъ свѣта пробившійся сквозь драпировку, открылъ ему прислоненное къ его плечу улыбающеяся розовое личико, закрытое распустившимися волосами; онъ осторожно раздвинулъ волосы и вскрикнулъ:
-- Ты, Брискетта!
-- Неблагодарный!
Раздался свѣжій, звонкій смѣхъ, но вдругъ она перемѣнила тонъ:
-- Да, у тебя есть въ Луврѣ другъ, другъ очень смиренный, но истинный, -- это я... но есть также и врагъ, и страшно сильный врагъ -- графиня де-Суассонъ, и потому ты долженъ простить дочери оружейника, что она заняла мѣсто племянницы кардинала... Думай объ ней больше, чѣмъ обо мнѣ, и берегись!
-- Чего мнѣ бояться?