-- А что совсѣмъ ужь не такъ мило, такъ это -- пользоваться беззащитностью одинокой женщины, съ слабостью, довѣрчивостью, чтобъ принудить ее, хоть бы силой, не имѣть другаго прибѣжища, какъ къ состраданію похитителя.
-- Тьфу, какая мерзость! ну, моя страсть къ приключеніямъ не доходитъ до такихъ подвиговъ.
-- Я никогда въ этомъ не сомнѣвалась...
-- А какъ зовутъ этого ловкаго человѣка?
-- Графъ де Шиври. Онъ ускакалъ впередъ; онъ ужь теперь, можетъ быть, въ Зальцбургѣ и, повѣрьте, ни передъ чѣмъ не остановится, лишь бы добиться своей цѣли. Именно для того я и собралась вдругъ ѣхать къ ней, чтобъ предупредить, предостеречь ее отъ этого страшнаго Цезаря... чтобъ помочь ей и вырвать у него изъ когтей,
-- Вы? этими вотъ маленькими ручками? Хоть вы и принцесса, а все-таки женщина, да еще и одна, что жь вы можете сдѣлать?
-- Епископъ зальцбургскій, владѣтельный государь въ своемъ городѣ -- мнѣ родственникъ. Я увѣрена, что, по моей просьбѣ, онъ дастъ мнѣ конвой, чтобъ защитить графиню де Монлюсонъ отъ всякаго покушенія. Тогда пусть попробуетъ графъ де Шиври дотронуться хоть до одного волоска на ея головѣ!
-- И все это оттого, что Монтестрюкъ ее обожаетъ?
-- Да, оттого, что онъ ее обожаетъ.
Принцесса сказала это такимъ нѣжнымъ и печальнымъ голосомъ, съ такой жгучей горестью и съ такой покорностью судьбѣ, что маркизъ былъ тронутъ до глубины души.