Разъ, какъ-то вечеромъ, они стояли на опушкѣ лѣса и мимо ихъ проѣхалъ верхомъ господинъ съ большой свитой. Это былъ человѣкъ большаго роста и важнаго вида, лѣтъ тридцати; всѣ знали, что у него горячая голова и что онъ скоръ на руку; гордъ онъ былъ, какъ эрцгерцогъ, и никѣмъ не стѣснялся. Звали его маркизъ де сен-Эллисъ; онъ то именно купилъ у жидовъ-барышниковъ замокъ Монтестрюкъ, заложенный имъ графомъ Гедеономъ. Гуго, въ самую минуту ихъ встрѣчи, опускалъ въ сумку штукъ пять убитыхъ имъ кроликовъ.
Маркизъ остановился и крикнулъ, важно подбоченясь:
-- А сколько тутъ кроликовъ накрадено?
-- Ни одного не украдено, а поймано много, возразилъ Гуго, поднимая голову.
-- Я уже такой болванъ, не отвѣтилъ бы ни слова, проворчалъ Коклико.
-- Это герцогъ де Мирпуа позволилъ тебѣ бродяжничать по своей землѣ? продолжалъ маркизъ, между тѣмъ какъ Гуго закрывалъ сумку.
-- Онъ самый, и я не понимаю, зачѣмъ вы мѣшаетесь не въ свое дѣло?
-- Э! да собачонка, кажется, лаетъ! А послѣ еще и кусаться станетъ! сказалъ маркизъ презрительно. Ну, не стыдно-ли пускать на свою землю такого негодяя, какъ ты?
-- Стыдно тому, кто, сидя на лошади, оскорбляетъ пѣшаго, да еще когда ихъ десять противъ одного.
-- Ахъ, ты дерзкій! вскричалъ маркизъ и, обратясь къ одному изъ окружавшихъ его людей, сказалъ: