А Беженцев протянул опять к ней руки и прошептал:
-- Не мучь, скажи, скажи... Хоть каплю любви мне в сердце...
Молчит.
-- Скажи...
-- Слишком много красивых слов, а еще больше страданий. Не могу. Сейчас мы приедем.
Беженцев приподнялся, но в этой проклятой, узкой клетке, где и выпрямиться невозможно, нельзя было сделать ни одного резкого движения.
А Ольга радостным тоном шептала:
-- Сейчас дома... дома... Какое счастье... счастье...
Автомобиль остановился.
Вышли. Тройки еще не было.