Сикстен и Йонте ворвались к Фредрику. Но где же Калле?

— Здравствуй, Сикстен, и ты, Йонтик, — произнес Фредрик слабым голосом.Если бы вы только слышали, как у меня в животе бурчит! Так мне плохо…

— Фредрик, ты не видал Калле Блюмквиста? — прервал его Сикстен.

— Калле? Как же, он был здесь только что. Он выпрыгнул в окно, — сообщил Фредрик и коварно улыбнулся. Ага, этот негодяй выпрыгнул в окно! Ну да, оба окна были открыты, потому что доктор Форсберг считал, что в комнате душно. Замызганные, когда-то белые занавески колыхались от вечернего ветра.

— Йонте, давай за ним! — закричал Сикстен. — Каждая секунда дорога!

И они недолго думая кинулись в окна — каждый в свое. Сказано же — каждая секунда дорога!

В следующее мгновение послышался громкий плеск и вопли. Подумать только, даже Йонте, который родился на Плутовской горке, забыл, что окна Фредрикова домика обращены прямо на речку!

— Выходи, Калле, — сказал Фредрик слабым голосом. — Выходи, послушай, как у меня в животе бурчит.

И Калле вылез из шкафа. Приплясывая от удовольствия, он подбежал к окну и высунулся.

— Вы как, плавать умеете? — крикнул он. — Или сбегать за спасательным кругом?