Однако страшная угроза нисколько не помешала Еве-Лотте брыкаться еще сильнее прежнего, и она была очень довольна, ухитрившись дважды загнать Бенку и Йонте под воду. Правда, Ева-Лотта чуть не захлебнулась, но это не омрачило ее радости.
Бой на откосе у реки продолжался с неослабевающей силой. Гвалт стоял такой, что булочник решил оставить свое тесто и выяснить, что происходит. Он не спеша спустился к реке, как раз когда его дочь высунула из воды мокрую голову. Бенка и Йонте отпустили Еву-Лотту и виновато посмотрели на булочника. Битва на откосе стихла сама собой. Булочник задумчиво поглядел на свое дитя.
— Послушай, Ева-Лотта, — заговорил он наконец, — ты по-собачьи плавать умеешь?
— Еще бы! — ответила Ева-Лотта. — Я по-всякому умею!
— Вот как! Ну что ж, я только это и хотел спросить, — деликатно сказал булочник и зашагал обратно в пекарню.
Штаб Алой розы помещался в гараже при почтмейстерском доме. Сейчас гараж пустовал, и поэтому Сикстен временно занял его для своих нужд. Здесь он держал удочки, футбольный мяч, велосипед, лук, мишень и все тайные бумаги и документы Алой розы. Сюда-то и заточили промокшую насквозь Еву-Лотту. Правда, Сикстен рыцарски предложил ей свой спортивный костюм.
— Быть благородным с побежденными — вот мой девиз, — сказал он.
— Вот еще, нисколько я не побежденная! — возразила Ева-Лотта. — Меня скоро освободят. А пока можно пострелять из лука.
Охрана ничего не имела против.
…Андерс и Калле сидели у реки и с мрачным видом держали совет. Вот ведь досада: не удалось захватить в плен Сикстена! Теперь об обмене пленными не может быть и речи.