— Какого черта вы стоите тут и пялите глаза! — закричал он. — Идите тогда за полицией, щенки! Но попить-то вы могли бы мне принести?
Андерс побежал во всю прыть к старому колодцу во двор и набрал железным ковшом чистой, свежей воды.
Дядя Эйнар прильнул к ковшу так, словно не пил сто лет. Потом снова застонал.
— Ох, руки!
Калле не мог больше выдержать.
— Если вы обещаете твердо, что не попытаетесь удрать, мы, может, немного ослабим вам веревки на руках.
— Обещаю все, что хотите! — поспешил заверить дядя Эйнар.
— И вообще, даже бессмысленно пытаться, потому что если один из нас побежит за полицией, то ведь двое-то все равно останутся вас сторожить. И. ноги у вас связаны.
— Твоя наблюдательность достойна похвалы, — сказал дядя Эйнар.
С большим трудом Андерс развязал веревку. В первый момент руки дяди Эйнара, наверное, заболели еще сильнее, потому что он долго сидел, раскачиваясь взад и вперед, и скулил.