— Сколько времени вы так пролежали? — спросила Ева-Лотта дрожащим голосом.
— Со вчерашнего вечера, прелестная сеньора, — отвечал дядя Эйнар. — Причем благодаря вашему вмешательству.
— Да, печально, — сказал Калле. — Простите, пожалуйста, но теперь мы все-таки должны сходить за полицией.
— Может, сначала обсудим этот вопрос? — предложил дядя Эйнар. — Да, кстати, как вы, черт возьми, ухитрились все разнюхать? Но, так или иначе, драгоценности теперь у вас, а ведь самое главное в том и заключалось, чтобы они нашлись. Не так ли, господин знаменитый сыщик? Так почему бы вам не отпустить бедного грешника ради старой дружбы?
Дети молчали.
— Ева-Лотта, — взмолился дядя Эйнар, — ты же не допустишь, чтобы твой родственник попал в тюрьму?
— Уж если натворил что-нибудь, приходится отвечать, — сурово произнесла Ева-Лотта.
— Мы не можем поступить иначе, — сказал Калле. — Андерс, ты сбегаешь?
— Да.
— Проклятые щенки! — крикнул дядя Эйнар. — И чего я вам не свернул шею, пока время было?