Мама Эмиля тотчас собралась в булочную сестер-фрекен Андерссон, чтобы купить Эмилю пять булочек.
– Вот еще! – сказал папа. – Булочки есть у нас дома. – Эмиль задумался, хотя и ненадолго. Он кое-что соображал в счете, и, кроме того, ему хотелось есть. Похлопав себя по животу, он сказал:
– У меня тут монетка в пять эре, добраться бы только до нее, и я сам купил бы себе булочек.
Подумав еще немножко, он добавил:
– Пап, а ты не сможешь одолжить мне пять эре на несколько дней? Я верну их тебе, честное слово!
Тут папа сдался, и они пошли к сестрамфрекен Андерссон и купили Эмилю пять булочек. Булочки были очень аппетитные, круглые и румяные, обсыпанные сахарной пудрой. Эмиль их быстро съел. Самое вкусное лекарство на свете, – сказал он.
А у папы на радостях голова пошла кругом, и он решил позволить себе неслыханную роскошь.
– Мы заработали сегодня уйму денег, – весело сказал он и, махнув на все рукой, накупил на целых пять эре мятных леденцов для маленькой Иды.
Знаешь, в те времена дети были глупы и непредусмотрительны, они не задумывались над тем, потребуются ли им в жизни зубы или нет. Теперь дети в Леннеберге не едят столько конфет, зато и зубы у них целы!
Потом хуторяне покатили обратно в Каттхульт. Едва переступив порог, еще в сюртуке и в шляпе, папа принялся склеивать супницу. Это было проще простого – она ведь раскололась на две равные половинки. Лина от радости запрыгала и закричала Альфреду, который распрягал лошадь: