– Эх-эх-эх!
Что ему, бедняге, делать? Учительница заметила его, когда он промчался мимо нее, и радостно закричала:
– Ой, как хорошо! Батюшка Антон тоже хочет поиграть с нами в снежки?!
Тогда совершенно обезумевший папа Эмиля быстро юркнул в столярную и там попытался вытащить снежок изо рта. Но ничего не получилось! Снежок застрял во рту, как пушечное ядро. Снежки-то Эмиль лепил крепкие!
«Ладно, буду стоять здесь как чучело, пока он не растает», – подумал папа Эмиля, кипя от злости.
Но в это время мимо пробегал в снежной круговерти Эмиль, и он заметил вдруг отца.
– А, папа! Почему ты тут стоишь? – спросил Эмиль.
– Эх-эх-эх, – прокряхтел его папа.
– Что с тобой? – удивился Эмиль. – Ты никак заболел?
Тут папа Эмиля, схватив сынишку за воротник, швырнул его в столярную. И, издав последний кровожадный вопль: «Эх-эх-эх!» – он заложил дверь на засов, оставив Эмиля один на один с самим собой – осознавать, что натворил он на этот раз.